науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

! Взломала секретер мадемуазель! – изумилась Год, и ноги ее подкосились. – Господь свидетель, что я не способна на это! Коннетабль замешкался и вопросительно взглянул на Нуарсея.
– Чего вы ждете, сударь? Справедливость должна восторжествовать, так что выполняйте свой долг.
Бедняжку увезли и бросили в один из самых страшных и нездоровых казематов тюрьмы Бисетр, где, сразу по прибытии, несчастная в качестве последнего козыря пыталась покончить с собой. Однако ее спасли и отходили; это означало, что долгие-долгие годы она будет сокрушаться и проклинать себя за неизвестную ей самой оплошность, которая заключалась в том, что она пробудила мощные злодейские желания в ее хозяине, и Нуарсей, по крайней мере раз в год, приходит наслаждаться ее слезами, рекомендуя тюремщикам еще туже затянуть ее цепи.
– А теперь скажи мне, – начал Нуарсей, как только Год увели, и он вернул мне вдвое больше того, что взял из моего секретера, – разве это не в сто раз лучше, чем если бы мы отдали ее в руки правосудия, которое могло оказаться милосердным?
Тогда мы не смогли бы держать в руках ее судьбу, – улыбнулся он, – а так она в наших руках.
– Ах, Нуарсей, вы – страшный человек… Как здорово вы придумали!
– Да, – признал мой любовник. – Я знал, что внизу ждет коннетабль, и поверь, мне так сладко было в недрах нашей жертвы, которую через минуту предстояло сдать полиции:
– Какой вы страшный и порочный человек… Но почему и я тоже вкусила сумасшедшее удовольствие от того, что совершили вы?
– Да потому что я совершил подлость, – ответил Нуарсей. – Не существует такой подлости, которая не доставляла бы удовольствия. Злодейство – двигатель похоти; настоящего вожделения без этого не бывает; именно таким образом страсти служат для уничтожения человечности и… человечества.
– Если это так, они, очевидно, не имеют ничего общего с Природой –гвсе это скучные сентиментальные чувства, о которых постоянно болтают моралисты. Иначе, как может быть, что в иные моменты Природа настолько непостоянна, что одной рукой отменяет то, что устанавливает другой?
– Ах, Жюльетта, когда ты лучше узнаешь ее, ты увидишь, что эта, в высшей степени мудрая, исключительно щедрая и благородная Природа запрещает нам помогать другим, если только это не продиктовано выгодой или страхом. Страхом – потому что мы боимся, как бы беды, от которых мы, по своей слабости, избавляем других, не обрушились на нас самих. И выгодой – ибо мы помогаем другим в надежде, что получим что-то от них взамен, или с целью польстить своему самолюбию. Но как только в нас рождается более властная страсть, чем благородство, все остальные исчезают, и вот тогда эгоизм требует свои священные права, и наши губы кривятся в презрительной насмешке над чужими страданиями. Ведь они касаются нас только в той мере, в какой мы сами можем оказаться их жертвой, следовательно, жалость – пища страха, и мы должны всеми доступными средствами лишить его пищи.
– Ну, хорошо, – не сдавалась я, – вы доказали, что добродетелей не существует; теперь объясните мне, пожалуйста, что такое преступление; ведь если, с одной стороны, вы топчете то, что меня учили уважать, а с другой – смеетесь над тем, чего я должна бояться, значит, вы непременно приведете меня к горизонту, к которому стремится мое сердце и за которым не останавливаются ни перед чем.
– Тогда усаживайся удобнее, Жюльетта, потому что эта тема требует серьезного обсуждения, и если хочешь понять меня, слушай внимательно.
Что такое преступление? Этим словом называют любое формальное нарушение, будь то невольное или преднамеренное, того порядка в человеческом обществе, который известен под именем «закон». Следовательно, это всего лишь случайное и бессмысленное слово, поскольку все законы относительны и зависят от обычаев и правил поведения, а те, в свою очередь, определяются временем и местом обитания. Они могут быть абсолютно разными на расстоянии нескольких сот миль, то есть если я совершу преступление, а затем сяду на корабль или в почтовую карету и совершу то же самое в другом месте, тогда в воскресенье утром в Париже меня приговорят к смертной казни, а в следующую субботу я стану героем дня в другой стране, где-нибудь на границе с Азией или на Африканском побережье. Столкнувшись с этим вопиющим абсурдом, философ начинает рассуждать следующим образом:
1) Сами по себе поступки являются нейтральными, то есть по сути своей ни хорошими, ни дурными, и если человек так квалифицирует их, значит, он судит о них только с точки зрения выработанных им самим законов или формы правления, при которой ему выпадает жить. Но с точки зрения Природы любой наш поступок не лучше и не хуже, чем всякий другой.
2) Если где-то в глубинах нашей души поднимается голос протеста против поступков, воспринимаемых нами как порочные, – это лишь плод нашего воспитания и наших предрассудков, и для человека, который родился и сформировался в другом климате, этот голос будет звучать на незнакомом ему языке.
3) Если, сменив страну, мы все равно слышим в себе такие сомнения, это ни в коем случае не свидетельствует о их обоснованности – это просто один из отпечатков прежнего воспитания, которые стираются с большим трудом.
4) В конечном счете, угрызения совести или чувство вины – это одно и то же, то есть это опять-таки результат прежнего воспитания, который может нейтрализовать только привычка и опыт и с которым надо решительно бороться.
В самом деле, прежде чем решить, преступно или нет какое-то деяние, следует» определить, какой вред оно наносит Природе, ведь с рациональной точки зрения квалифицировать как преступление можно лишь то, что входит в противоречие с ее законами. Так как Природа – это нечто постоянное, любое преступление должно считаться таковым повсеместно: в той или иной форме все расы и народы должны взирать на него с одинаковым ужасом, и вызываемое им отвращение должно быть таким же универсальным в человеке, как и желание удовлетворить свои элементарные потребности, но, как мы знаем, таковых поступков просто не существует, и часто то, что представляется нам самым чудовищным и отвратительным, в другом месте является краеугольным камнем нравственности и морали.
Таким образом, преступление не есть нечто объективное: на самом деле не существует ни преступлений, ни каких-то иных способов оскорбить Природу в ее нескончаемом промысле. Она вечно и бесконечно выше нас, и с той недосягаемой высоты, откуда она управляет всеобщим порядком, не имеют никакой ценности ни наши мысли, ни наши дела. Нет такого поступка, каким бы ужасным, каким бы жестоким и постыдным он ни выглядел в наших глазах, которого мы не можем совершить, когда чувствуем в себе эту потребность; более того, нет поступка, которого мы не имеем права совершить, ибо на него вдохновляет нас сама Природа. Наши повседневные привычки, наши религиозные воззрения, манеры и обычаи могут и должны обманывать нас, а голос Природы никогда не собьет нас с пути истинного, потому как именно на сочетании абсолютно равноправных частей, которые мы называем «зло» и «добро» основаны все наши действия и законы; разрушение – это почва, на которой ежесекундно возрождается и торжествует Природа, на которой живет за счет преступления, одним словом – она существует за счет вечного умирания. Исключительно добродетельная вселенная не могла бы просуществовать ни одной минуты; мудрая рука Природы вносит порядок в хаос и в то же время снова порождает хаос – таков глубокий смысл равновесия, которое удерживает звезды на своих орбитах, которое дает им опору в бездонном океане пустоты и движет ими. Природа немыслима без зла – это материал, из которого она творит добро, существование ее покоится на преступлении, и все бы рухнуло в один миг, если бы мир наш был населен одними добродетелями. А теперь, Жюльетта, я хочу спросить тебя: если зло необходимо для сокровенных замыслов Природы, если без него она беспомощна и бессильна, разве тот, кто творит зло, не полезен для Природы? Как же можно сомневаться в том, что, создавая порочного человека, она преследовала свои цели? Почему мы не хотим признать, что люди – это те же дикие звери, разделяющиеся по видам и породам, постоянно враждующие друг с другом и живущие за счет друг друга, и что некоторые хиреют и вымирают согласно ее замыслам и законам? Кто осмелится отрицать, что поступок Нерона, когда он отравил Агриппину, был одним из проявлений тех самых естественных законов, так же как другим их проявлением служит волк, пожирающий ягненка? Кто усомнится в том, что распоряжения Мариуса или Суллы – это не что иное, как та же чума или голод, которые Природа порой насылает на целые страны и континенты? Разумеется, она не заставляет все человечество совершать одно и то же злодейство, но каждому человеку дается талант и предрасположенность к тому или иному преступлению – именно таким образом она обеспечивает всеобщую гармонию: из совокупности всех дурных поступков, из V массы всех чудовищных или незаконных разрушительных действий она творит хаос, упадок, умирание с тем, чтобы восстановить порядок, породить новую жизнь и дать толчок к развитию следующих поколений. Зачем она дала людям яды, если бы не желала, чтобы ими пользовались? Зачем породила она Тиберия, или Гелиогобала, или Андроника, или Ирода, или Вацлава, или прочих великих злодеев и героев – что в сущности одно и то же, – которые изводили ужас на весь мир, в самом деле – зачем, если разрушения, которые они творили, не отвечают ее задачам и не способствуют ее целям? Зачем она посылает вместе с такими негодяями и в помощь им чуму, войны, ураганы и, наконец, смерть, если ей не угодно разрушение, если преступление противно ее замыслу? И если уничтожение необходимо, почему тот, кто чувствует себя рожденным для этого, должен противиться своим наклонностям, пренебрегать своими обязанностями? Так не признать ли нам прямо и честно, что если в этом мире и существует такая штука как зло, то оно заключается в том, что мы уходим от судьбы, которую уготовила нам Природа? Далее, придется признать, что она благоволит к одним из нас больше, к другим меньше и что, хотя все мы одинаково созданы ею, у нее есть любимые избранные дети.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики