ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Также появились некото
рые неожиданные приятные последствия. Обращений в «Банк искусств», кото
рый платил стипендию художникам за прекращение творчества, оказалось м
ножество, похожие программы тут же запустили в сфере музыки и литературы
. Популярность «Пустого музея» в Лос-Анджелесе росла не по дням, а по часа
м. Основанный с ироничным подтекстом, он вскоре превратился в главный ма
гнит для туристов, посетители со всего мира платили за возможность пройт
и по пустым залам, рассматривая голые стены. Летом 20… года он обошел по чис
лу посетителей музей Гетти. В следующем году подобные музеи появились в
Филадельфии и Сент-Луисе, Мехико, Дар-эс-Саламе и Варшаве. Не последней де
талью для привлечения туристов служило отсутствие металлодетекторов и
проверок.
Удаления породили и теневую экономику. Так как Генератор Удаления являл
ся генератором случайных имен, вроде устройств, использующихся в лотере
е, он развил процветающую игорную индустрию не только на рынках, где люди
покупали запрещенные (фактически) вещи, но и там, где ставки делали на сами
удаления. Каждый представитель искусства, даже те, кого вычеркивали, обн
аружил, что становится, пусть ненадолго, источником непрекращающегося п
отока доходов. И самое приятное, административные затраты новых програм
м оплачивало не правительство, а промышленность, которая сразу распозна
ла чудовищные размеры материальной выгоды, вытекающей из периодическо
го очищения каталога.
Первая цель удаления Ц стимулирование экономики и обеспечение рабочи
х мест (и во вторую очередь, конечно, укрепление искусства). Затем уменьшен
ие насилия, а значит, и уничтожение александрийского движения через прид
ание ему исторической неуместности. Последнее не требовало особых усил
ий, так как правительство начало выполнять за александрийцев их же работ
у, да еще и платить им за их усилия. Лже-александрийцы, или подражатели, исп
ользовавшие движение в качестве прикрытия собственной этнической горд
ости или ненависти, переключились на другие проекты. Подлинные александ
рийцы всегда представляли собой разнородную массу, сплоченную только е
диной тактикой. Большинство так и осталось неизвестными, незнакомыми да
же друг другу, организованными в маленькие группки или работающими в оди
ночку. Они наблюдали и выжидали. Другие, известные, Ц сидели в тюрьме, жда
ли приговора или его исполнения. Еще нескольких, конечно, уже предали сме
ртной казни. Заключенных отпустили по специальной амнистии (программа Ф
еникса) и предложили им работу в Бюро, хотя и с оговоркой Ц не предавать с
вое назначение огласке. Неизвестные присоединялись к сотоварищам медл
енно, однако, к 20… году почти четверть всех операций и половину администра
тивных дел Бюро проводили бывшие «Огненные александрийцы», названные в
честь пожара, а не библиотеки. Гениальное ли, непродуманное ли решение пр
инял секретарь Феникс Ц споры все еще идут. Но главное, что все остались д
овольны или согласны, по крайней мере на некоторое время. Раскол и новые, и
ли «библиотечные», александрийцы принесли новые споры о Бессмертных.

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ

Динь!
Двадцать пять.
Дверь лифта-раковины открылась.
Запах ударил мне в нос. Сухой и немного сладкий, похожий на ковер Боба. Зап
ах смерти. Я слышал слабое, далекое завывание трубы муниципального конди
ционера, который работал на всю мощность на последнем этаже, атакуемом б
еспощадным солнцем Вегаса.
Ц Пахнет неправильно, Ц сказала Гомер.
Двигая за собой тележку, я вышел из лифта в темную комнату, судя по размера
м Ц люкс, с окнами в трех стенах (все шторы опущены) и лифтом в четвертой.
В центре стояла двуспальная кровать.
Посреди кровати лежал мужчина, на спине, глядя в потолок.
Я подошел ближе к кровати.
Динь!
Дверь лифта закрылась за мной. Мы с Гомер остались наедине с мертвецом. По
тому что именно им мужчина и являлся, как я понял, подойдя к кровати. Мертв
ее Боба и Данте. Мертвее мертвого.
Я обошел его вокруг и увидел сухую сморщенную кожу, туго натянутую на кос
ти. Он носил очки, но уже лишился носа, чтобы удерживать их на месте. И глаз т
оже не было. И губ, и ушей, а волосы лежали серой лужицей, как холодная подли
вка, вокруг головы на грязной подушке. Запах практически не ощущался. Я уж
е почти привык к нему. Мне даже не приходилось дышать ртом.
Неужели этот старик вызывал меня? Выглядело невероятно, но…
Ц Сюда, наверх.
Его голос, только доносящийся сверху.
Я поднял голову. И только тогда заметил дыру в потолке. Квадратная, три фут
а шириной, закрытая решеткой. А лестницы вначале не обнаружил. Она стояла
в чуланчике рядом с лифтом.
Ц Там есть ключ, Ц проговорил старик низким голосом. Ц В шкафу. Верхний
ящик слева.
Именно там он и оказался Ц большой, старинный металлический ключ. Я слыш
ал о подобных ключах и даже держал как-то в руках, в Академии.
Ц И принесите обложку.
Ц Обложку?
Ц Обложку от пластинки. Вильямса. Чтобы мы знали, что вы тот, за кого себя в
ыдаете.
Я не выдавал себя ни за кого, но не собирался на середине пути поворачиват
ь обратно. К тому же с обложкой все было просто. Она приехала со мной, в теле
жке под Гомер. Я поднял свою собаку как раз настолько, чтобы вытащить обло
жку, удивленный и немного встревоженный при виде того, какими маленькими
и худенькими стали лапы собаки и туловище в целом. Обложка оказалась теп
лой, как живая.
Чего я пока не мог сказать о старике. Что ожидает меня наверху?
Ц Жди здесь, Ц прошептал я Гомер. Мне показалось или она кивнула? С облож
кой под мышкой я полез по лестнице. Вставил ключ в замочную скважину с одн
ой стороны решетки, закрывающей отверстие.
Ничего не произошло.
Ц Придется повернуть, Ц раздался другой голос, женский.
Я повернул ключ. Ничего не произошло.
Ц Теперь надо толкнуть, Ц подсказал голос.
Я толкнул вверх, и решетка отлетела в сторону. Я просунул голову в комнату
. Скорее не в комнату, а на чердак или, как я потом узнал, в камеру. Четырехст
оронняя пластиковая пирамида со стороной около восьми футов. Стены сход
ятся внутрь, превращаясь в низкую острую крышу. Женщина в выцветшем оран
жевом комбинезоне лежала на спине на коврике на полу.
Ц Закройте за собой дверь, Ц приказала она.
Я положил стальную решетку обратно на пол. Тяжелая. Потом разогнулся, как
только смог, и огляделся. В самом центре я почти стоял. Пластиковые стены с
деланы под камень. Узкая кушетка, унитаз без крышки, крошечная раковина
Ц все из пластика. Свет попадал внутрь только сквозь четыре длинных узк
их горизонтальных отверстия, каждое по метру в длину, в каждой стене.
Наконец я заставил себя посмотреть на нее (теперь уже, вне всяких сомнени
й, нее). Короткие серые волосы и бледная серая кожа. Даже глаза серые. Женщи
на казалась старой, но насколько, так сразу не определишь.
Я, естественно, узнал ее.
Ц Вы Дамарис, Ц заявил я. Видел ее фотографии в Академии. Ц Мне казалось
, вы в тюрьме.
Ц Я и есть в тюрьме.
Ц А мужчина… там, внизу?
Ц Мистер Билл, Ц ответила она низким, грубым голосом. Потом улыбнулась (
холодно и тонко) и переключилась на свой собственный: Ц Уверена, до вас до
ходили слухи. Я бы предложила вам сесть, но, как видите, здесь нет стульев. Д
аже крышки на унитазе.
Действительно, слухи до меня доходили.
Ц Ничего страшного, Ц успокоил я ее и уселся на корточки.
Сквозь одно из отверстий виднелась крошечная полоска голубого неба в дю
йм шириной и сто миллионов световых лет глубиной.
Ц Вы, конечно же, знаете мою историю, Ц уверенна начала Дамарис. Ц Или б
ольшую часть по крайней мере.: Вы ее изучаете в Академии, если не ошибаюсь.

Ц Нам не разрешено разговаривать о программе Академии, Ц предупредил
я.
Ц Не смешите меня, Шапиро. Вы потеряли работу несколько месяцев назад, ко
гда пропустили учет. Вы нарушили все возможные правила Бюро с того момен
та, как вытащили пластинку Вильямса. В сумку встроена плазменная мембран
а с односторонней связью в реальном времени с Отделом принуждения, вы ра
зве не знали?
Ц Это всего лишь слухи.
Ц В каждом слухе есть частичка правды, Ц сказала она. Ц Слухи об алекса
ндрийцах правдивы от начала до конца. Слухи о мистере Билле и Дамарис Ц т
оже.
Она забавно говорила о себе: временами в третьем лице, временами во множе
ственном числе. Иногда скажет: «мы», иногда «она». Я вначале подумал на поб
очный эффект «Полужизни» и результат долгого одиночного заключения. А п
отом решил, что такова особенность всех знаменитостей. На самом деле неч
то вроде скромности: знание, что ты более важен другим, чем даже себе, а тво
я внутренняя личность отбрасывает тень на созданный публикой образ. Я си
дел на корточках в углу камеры Дамарис, пока она рассказывала мне свою ис
торию, историю александрийцев, историю мужчины внизу.
Постепенно я привык к ее голосу. Он походил на замедленное воспроизведен
ие записи. Ее замедляла «Полужизнь», как, я начал осознавать (медленно!), ка
зино замедляло нас всех. Мы почти соответствовали друг другу, она казала
сь почти нормальной. Дамарис рассказала, что мистер Билл нанял ее…
Ц Нанял вас?
Ц Не перебивай.
…прежде чем они на самом деле встретились. Он знал ее, конечно, по фильмам,
но не был поклонником, тем более влюбленным. Любовь пришла позже. Сначала
их отношения оформились как сугубо деловые. Он нуждался в звезде, любой з
везде, и когда узнал о ее попытке самоубийства…
Ц Самоубийства?
Ц «Терминекс» и водка «Абсолют». Мне исполнилось шестьдесят, и уже двен
адцать лет никто не предлагал мне роли и не брал интервью для газеты. Боль
ше не перебивай меня, пожалуйста.
…он правильно угадал причину ее отчаяния, отправил своих адвокатов в вер
енице черных авто и предложил ей звездную роль, последнюю роль, что обесп
ечит ей место в истории.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики