ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Когда солнце клонится к закату и смола на бортах кораблей перестает пузыриться от пекла, распахиваются створки ворот посольского двора и кони английского резидента выкатывают несравненную коляску. Промчавшись мимо публики, которая в масках и с тросточками гуляет возле Исаакия Далматского, вышколенный кучер направляет бег коней вдоль Адмиралтейства. Скорость нарастает, лошади выгибают лебединые шеи, форейтор дует в рожок, будя предвечернюю тишину.
Сэр Рондо удовлетворенно откидывается на подушки, видя, с какой завистью смотрит ему вслед какое-то боярское семейство, которое на пристани усаживается в свою фамильную лодку с гербами.
Прокатив мимо дворцов, коляска возносится на горбик моста через канавку, и сэр Рондо здесь почтительно снимает шляпу. Здесь высокие окна покоев, в которых скончался царь Петр. Бр-р! Сэр Рондо и сейчас содрогается от ужаса, вспоминая, как кричал умирающий император в ту кошмарную зиму, как слышен был в окрестных переулках его отчаянный крик.
Он был, конечно, враг того королевства, которое представлял сэр Рондо. Но это был лев, не чета всем нынешним лисицам, и даже иметь такого врага было почетно.
Сверкая спицами, фаэтон катится мимо аккуратных домиков Немецкой слободы, где чинные бюргеры с трубками в зубах спешат встать и поклониться. Вот и огромнейшее поле – Царицын луг, именуемый иногда Марсовым, поскольку там производятся экзерциции и прочие военные ристания.
По краям Царицына луга виднеются хилые домики русских слобод, а посреди высится нелепый мрачный куб, черный амбар, в коем сокрыт Голштинский глобус, одно из чудес новооснованной столицы. Глобус тот, высотой а два человеческих роста, может вращаться, показывать ход небесных светил и прочие трюки, для простодушных русских удивительные.
Подумав так, сэр Рондо улыбается и переводит взгляд в другую сторону, где у слияния Мойки и Фонтанки виден Охотничий павильон, весь в завитушках, похожий не то на пасхальный кулич с кремом, не то на шкатулочку, в которой дамы прячут свои интимные тайности.
Если вы, однако, полагаете, что сэр Рондо, и его шесть рысаков, и его респектабельный кучер, и его форейтор с рожком, и его негр на запятках, – все это движется, подчиненное только идее себя показать и людей посмотреть, вы заблуждаетесь жестоко. У сверхвеликолепного выезда есть и сверхважная цель. И цель эта – Охотничий домик в самом конце аллей Итальянского сада.
8
«Э! Так вот это кто!» – воскликнул про себя сэр Рондо, различив в полутьме павильона джентльмена, который его ожидал. Это был низенький, живенький, учтивый южанин с любопытствующими черными глазками.
Уже давно сэр Рондо получил уведомление по тайным каналам, что к нему прибудет совершенно полномочный, хотя и конфиденциальный представитель короны для дачи особых указаний. А сегодня утром этот уже прибывший конфиденциальный представитель прислал к нему человека с приглашением прибыть для встречи сюда, в Охотничий павильон.
«Вот это кто!» – мысленно улыбался сэр Рондо. Уж этот-то джентльмен был хорошо известен за кулисами политики европейской.
Национальность бы его никто не определил, на всех языках он говорил с одинаковым акцентом. Знали, что у корсиканских контрабандистов он слыл под кличкой Брутти или Бруччи, а при высадке претендента на английский престол был известен как Джонни Раф. В переводе с итальянского «Бруччи» значит жженый, жареный. Везде, где только пахло жареным, объявлялся этот Джонни Раф. Нечего сказать, представителей выбирает себе корона!
После взаимных кратких приветствий осведомились о соблюдении правил конспирации. Граф Рафалович – так он отрекомендовался резиденту – сообщил, что у него паспорт цесарского двора в Вене. Слуг для предосторожности не нанимает, квартирует в Кикиных палатах, сюда пришел пешком.
– Насколько твердо положение правительства в Санктпетербурге? – принялся он ставить вопросы. – Долго ли продержится лифляндская портомоя? Правда ли, как уверяют шведы, русские готовы Санктпетербург забросить, уйти назад в свою Московию?
«Эк ты горяч! – подумал сэр Рондо. – У тебя приемы, как у записного фехтовальщика или карточного шулера, – поразить, заинтриговать, подчинить…»
Чернокожий слуга сэра Рондо сервировал стол для кофе. Граф Рафалович с важностью принял у него чашечку с дымящимся напитком.
– У нас в Санктпетербурге, – сказал сэр Рондо, специально подчеркивая это «у нас», – амстердамские или гамбургские газеты получаются на сороковой день. Пишешь здесь одному государю, а он уж, оказывается, умер, и вместо него другой… Скажите, любезный граф, правда ли, наметилось сближение заклятых врагов – сент-джеймского и версальского дворов? Я понял это по поведению французского посла, который теперь только и твердит, что у Лондона и Парижа общий враг…
Однако эмоциональный Рафалович, по-видимому, не привык, чтобы в разговоре инициативой владел кто-то, а не он. Кивнул в сторону чернокожего камердинера.
– Насколько надежен этот третий наш, с позволения сказать, собеседник? Я, знаете ли, в Ганновере троих черномазых перевешал за шпионаж.
Сэр Рондо поставил чашечку на стол. Этого не хватало! Джонни Раф вмешивается в его домашнее хозяйство! Он приказал слуге выйти.
Рафалович тотчас принялся за дело.
– Лорд-регент наслышан из ваших и иных сообщений, что в России положение вступило, как бы это точнее выразиться… в весьма критическую фазу! Податей будто бы собрать не могут, армию в поле будто бы вывести не решаются. Подметные письма будто бы, мятежи… Особенно нас интересует особа светлейшего князя.
Глазки графа как буравчики впивались в лицо сэра Рондо.
Тот даже поежился, поправил огонек свечи.
– Этот Меншиков чувствует свою непрочность, так ли это? – продолжал Рафалович. – Сам стать царем не смеет, рабское прошлое тянет. Кого же он предпочтет себе в покровители, на случай смерти Екатерины? Внука государыни великого князя Петра Алексеевича? Или одну из дочерей Петра? Положение его очень рискованное, ведь великий князь – сын царевича Алексея, которого казнил царь не без участия Меншикова. Так я говорю?
Но отвечать сэру Рондо не дал, схватил его за плечо. Тень длинноносого лица графа металась по стене, как профиль некоей хищной птицы.
– А допустить на престол одну из дочерей Петра ему еще опаснее, – возвысил он голос. – За их спиною новое дворянство, так называемые «потешные», у них есть тоже много причин быть недовольными светлейшим.
«Что он меня все поучает? – раздраженно думал сэр Рондо. – Лекцию, что ли, читает в своих Кикиных палатах?»
– Меншиков сейчас в Курляндии… – заметил он. – Вы должны знать, что…
Но Рафалович опять не дал ему вставить слово.
– Меншиков надеется занять курляндский престол! – вскричал он, делая такой жест, будто отмахивался от нечистой силы. – Не бывать этому, не бывать! Там живая герцогиня, племянница царя Петра, Анна Иоанновна. По-русски, я слышал, ее зовут «ду-ре-ха». Но как Меншиков: рассчитывает ее спихнуть без нашей помощи?
– Теперь есть личность более сильная, чем Меншиков, – сказал сэр Рондо.
Рафалович тут же прервал словоизвержение и приставил ладонь к уху, чтобы лучше слышать:
– Кто это? Говорите.
– Девиер, санктпетербургский генерал-полицеймейстер.
– Кто он? Откуда? Почему в ваших сообщениях о нем не было ничего?
Но сэру Рондо до смерти претила бесцеремонность и крикливость графа. «Наши лондонские одры окончательно выжили из ума, – думал он с досадой. – Для столь серьезной миссии прислали этакого лошака!» И он вместо ответа задал вопрос сам:
– А скажите, любезный граф, зачем вам надо было придумывать историю с этим философским камнем?
Рафалович ничуть не удивился этому вопросу и ничуть не обиделся. Он перестал метаться по павильону и уселся напротив.
– У меня уж, извините, такая манера, – спокойно сказал он. – Намутить воды, всех сбить с толку… Да и дипломы академические, признаюсь вам как коллеге, у меня не очень-то… А ведь я ехал под личиной завербованного академика, вы не можете не знать.
Сэр Рондо не переставал удивляться – теперь перед ним сидел совершенно другой человек, без малейшей экзальтации, дельный, рассудительный. Нет, пожалуй, его суждение насчет лондонских одров и их выбора было скоропоспешным… Надо быть осторожным!
– Признаюсь вам также, – продолжал Рафалович, принимая с поклоном новую чашечку кофе. – Любитель просто я. Знаете, это так привлекательно – оккультные знания, кабалистика… Верите ли вы, сэр, в трансцендентность?
Сэр Рондо еле удержал в себе тяжкий вздох.
– Какие же вы все-таки, граф, привезли мне инструкции?
– Во-первых, попытаться подкупить светлейшего князя. Говорят, он очень податлив.
Резидент ничего не отвечал, барабаня пальцами по ручке кресла. Меншиков таков – у всех берет, но никому ничего не делает. И английская корона ему уже платила…
– Тогда устранить, убрать, что угодно! – хрипел Рафалович в самое ухо сэра Рондо. – Есть ли у вас при дворе на кого можно положиться?
Граф снова вскочил, замахал кружевами, и тень его от волнующейся свечи теперь напоминала летящего дракона.
– Я привез подробные разработки… Вы должны знать, что Англия и Франция теперь действительно союзники. У нас общий враг – Россия, которая мешает нам на всех дорогах мира. С нами Голландия, Дания, Швеция, Ганновер…
У Рафаловича не хватило пальцев, чтобы перечислить всех врагов России.
– Представьте, сэр, в один прекрасный день в Европе вспыхивает конфликт. Скажем, Дания захватывает Голштинию, вотчину зятя теперешней русской царицы. Соединенный флот всех европейских держав – всем эти выскочки русские смертельно надоели – входит в Финский залив и высаживает десант – где бы вы думали? Прямо в Санктпетербурге!
Он в экстазе порхал посреди павильона, словно некий волосатый купидон, а затем набросился на сидящего в задумчивости резидента:
– А здесь у вас в Санктпетербурге – ай, вай, вай! Флот не может собрать экипажей, гвардия не в состоянии выйти из казарм… Ну как? Блестящий ли план? – Он пальцами снял нагар со свечи и закончил: – Альзо! Так!
Сэр Рондо сидел, уставясь в пустую чашечку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики