ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


И Мэтью, обхватив младшего брата за плечи, крепко прижал его к груди - так же, как в детстве, чувствуя, что рыдания сотрясают огромное, сильное тело Джеймса.
Глава 13
- В твои руки, Господи, вручаем мы душу невинного дитяти, Джона Мэтью Кэгана, дабы ты принял и успокоил ее в царствии небесном.
Джеймс с Элизабет, стоя бок о бок, смотрели, как крохотный гробик с телом их маленького сына опускают в промерзшую землю. Да, они стояли рядом, но, казалось, не видели друг друга. Джеймс, поддерживаемый Мэтью, леденел от страха при мысли о том, что их малыш сейчас покоится в этом тесном, темном, холодном деревянном ящике. Окаменевшая от горя Элизабет и вовсе казалась безжизненной.
Джеймса била крупная дрожь.
Элизабет же ничего не чувствовала, ничего не говорила, ни о чем не думала.
Но вот похороны подошли к концу. Натан тронул Элизабет за руку, и она послушно последовала за ним.
У входа на кладбище сгрудились кареты. Казалось, весь город собрался здесь, чтобы выразить соболезнование несчастным родителям. Мэтью стоило немалого труда провести Джеймса и Элизабет сквозь толпу. Наконец с помощью Заха Роулендса он усадил их в коляску.
Украдкой поглядывая через плечо, Мэтт то и дело подхлестывал лошадей, думая только о том, как бы поскорее доставить их домой. Эти двое, сидевшие в молчании у него за спиной, сейчас просто пугали его.
Джеймс почему-то забился в угол. Лицо его выражало невыносимую муку, губы были закушены до боли. Элизабет, сидя по другую сторону, с невидящим взглядом и покойно сложенными на коленях руками, выглядела так, будто возвращалась из церкви домой.
И так продолжалось с того самого дня, как Джеймс, оправившись от горячки, узнал о смерти сына. Горе, казалось, сломило его, тогда как Элизабет по-прежнему пребывала в каком-то странном оцепенении. Даже когда муж как испуганный ребенок тянулся к ней, она не находила для него ни единого слова утешения. Элизабет как авто-мат стряпала, стирала и шила, глухая и безучастная ко всему, что творилось вокруг, и все заботы о Джеймсе легли на плечи Мэтью. Ему было отчаянно жаль брата, но Элизабет порой просто пугала его.
Остановив коляску возле дома, Мэтт спрыгнул на землю и подал руку Элизабет. Джеймс, не сказав ни слова, молча направился к дому, в то время как его жена бесшумно, словно тень, исчезла за дверью.
Мэтью замялся на крыльце. Вдруг оглушительно грохнула дверь кабинета, и он помчался туда. Держа в руке полный стакан виски, Джеймс свирепо глянул на него.
- Джимми, это не поможет!
- Убирайся! - прошипел тот и залпом осушил стакан. - Оставь меня в покое.
- Не могу, Джимми. - Мэтью протянул было руку, чтобы обнять его за плечи, но Джеймс резко отпрянул в сторону. - Джимми, он был прелестный малыш. Но его больше нет...
- Замолчи! - взревел Джеймс в бешенстве. - Не смей говорить об этом!
- Тебе все равно придется смириться.
Стакан с грохотом разбился о стену, и осколки стекла брызнули во все стороны.
- Замолчи! - Этот крик скорее походил на рыдание. Зажав руками уши, Джеймс застонал.
- Джим, - прошептал Мэтью, впервые отчаянно жалея о том, что всегда по натуре был язычником. - Джим, мне так жаль...
Сделав над собой чудовищное усилие, Джеймс как будто взял себя в руки.
- Да, - с трудом выдавил он.
- Но ты ведь не одинок, - продолжал Мэтью. - У вас с Элизабет еще будут дети.
- Он был первенцем, Мэтью. Поэтому не говори так. Никто не сможет мне его заменить.
- Я вовсе не это хотел сказать! Разве кто-нибудь заменит нам Джона? Но ведь мать с отцом не стали от этого меньше любить нас обоих. Джеймс растерянно пожал плечами.
- Почему бы тебе не пойти к Элизабет? - мягко спросил Мэтью. - Поговори с ней. Сейчас вы как никогда нужны друг другу.
- Я Элизабет не нужен. Ей не нужен никто.
- Знаешь, это просто глупо. Он ведь был и ее сыном, и сейчас она страдает не меньше тебя.
Глядя в пустоту, Джеймс покачал головой.
- Ни одной слезинки, - вздохнул он, - не проронила ни одной слезинки... за все то время, что я ее знаю.
- Ты не прав, Джимми. Видел бы ты ее в тот день, когда умер Джонни, сейчас не говорил бы так. Она рыдала навзрыд, у меня просто сердце разрывалось от ее плача.
- Она никогда не плачет, - продолжал, будто не слыша его, Джеймс. - У нее нет сердца. И души тоже нет. Откуда же взяться слезам?!
- Но, Джимми...
- Она не оплакивала отца, не оплакивала семью... никого. Даже бедного Джона Мэтью.
- Она пытается справиться с горем как умеет, - не сдавался Мэтт. - Одному Богу известно, сколько таких, как она, - тех, что держат все в себе. Но это не значит, что душа ее не плачет кровавыми слезами. Ты знаешь, как Элизабет любила сына. Бог свидетель, она была самой лучшей матерью, которую я знал! Да как ты можешь говорить такое?!
- Она не способна горевать. - Джеймс тяжело опустился в кресло. - Оставь меня, я хочу побыть один.
Мэтью видел слишком много людей, которые в горе теряли голову, чтобы сейчас умолять брата одуматься. Тяжело вздохнув, он незаметно снял со стены ружье и на цыпочках вышел из комнаты.
Ему потребовалось немало времени, чтобы отыскать Элизабет. Наконец он нашел ее - свернувшись клубком на полу, она рыдала, уткнувшись лицом в детское одеяльце. Рыдала так, будто сердце у нее разрывалось. Мэтью окаменел.
Низкие, почти звериные звуки, сотрясавшие ее худенькое тело, переворачивали ему душу.
- Элизабет, - печально прошептал он и, грузно опустившись на колени, прижал ее к себе. - Тихо, тихо, - бормотал он, баюкая ее и гладя огромной рукой спутанные волосы. Казалось, еще немного, и она успокоится, но вот новая волна боли пробегала по ее скорчившемуся телу, и Элизабет вновь сотрясала агония страданий. Прошло не меньше часа, прежде чем она ослабела и затихла.
Заснув, Элизабет то и дело жалобно всхлипывала, как испуганный ребенок. Мэтт дождался-таки, пока она наконец открыла глаза.
- Позволь, я отведу тебя в дом, - предложил он. - Тебе лучше лечь в постель.
Элизабет покачала головой. Слова с трудом слетали с ее губ.
- Не... хочу, чтобы... Джеймс... видел меня... такой.
Из груди ее опять вырвался полувздох-полурыдание, и Мэтью перепугался не на шутку.
- Ну не плачь, Элизабет, милая. Прошу тебя!
- Нет, не... не буду. - Она провела рукой по лицу. - Со мной все в порядке.
- И ничего страшного, если Джимми увидит, что ты тоже несчастна. Он бы утешил тебя, если бы только знал. Давай я отведу тебя к нему.
Она яростно замотала головой: - Нет!
- Но почему? Он ведь твой муж. С ним тебе полегчает.
- Нет, - печально отозвалась Элизабет. - Не для этого он женился на мне. Мне не следует быть ему обузой.
У нее опять вырвался тот же странный звук, и Мэтью догадался, что Элизабет пытается сдержать слезы.
- Ладно, - вздохнул Мэтью. Что же ему с ними делать? Эти двое нужны друг другу, но разве им объяснишь?!
Еще месяц Мэтью беспомощно наблюдал, как Джеймс с Элизабет день за днем бродят по дому словно тени. Они почти не разговаривали друг с другом, а на все вопросы Мэтта отвечали односложно, хотя он из кожи лез, стараясь вывести их из оцепенения. Раз в неделю приезжал Натан. Как-то, заглянув в конюшню, Мэтт обнаружил, что Джеймс рыдает навзрыд, а Натан терпеливо и ласково гладит его по плечу.
Что ж, Джимми повезло - по крайней мере он не остался один на один со своим горем, как Элизабет. На первый взгляд она ничуть не изменилась - все так же с утра до вечера сновала по дому, неутомимо занимаясь делами. Но Мэтью прекрасно знал, что все совсем не так - у него в ушах все еще стояли ее жуткие рыдания. Впрочем, он подозревал, что и Джеймсу кое-что известно об отчаянии, разрывавшем сердце его жены.
Проснувшись как-то ночью спустя неделю после похорон Джона Мэтью, шериф прислушался.
Звук шагов заставил его тихонько приоткрыть дверь и наткнуться взглядом на брата - тот стоял у дверей детской, в которой горел свет. Через минуту Джеймс исчез в спальне, а Мэтью, в свою очередь, на цыпочках подкрался к детской и заглянул туда. Сидя возле опустевшей кроватки, Элизабет тихонько мурлыкала колыбельную. К груди она прижимала свернутое детское одеяльце. В другой раз, случайно подняв глаза, он заметил, как супруги смотрят друг на друга - просто смотрят, будто надеясь, что тот, другой, заговорит первым. Неловко кашлянув, Мэтью нарушил тишину, и тогда оба взглянули на него так, будто он был незнакомцем, случайно оказавшимся в их доме.
Вечером, перед самым отъездом, Мэтт с облегчением заметил, как Джеймс украдкой погладил руку Элизабет. Она на мгновение застыла, а потом, повернув голову, взглянула ему в глаза. Длилось это всего лишь миг, но на следующий день Мэтью покинул дом с надеждой в сердце.
Время лечит любые раны, подумал он. За свою жизнь Мэтью видел немало людских трагедий. И сейчас, когда Лос-Роблес наконец скрылся вдали, он ничуть не сомневался, что у Джеймса с Элизабет все наладится. И молился, чтобы так оно и было.
- Ранняя весна в этом году выдалась, - буркнул Зах Роулендс, в то время как люди Джеймса перегоняли стадо на другое пастбище с сочной травой.
- Угу.
- И денек будет неплохой. Теплый да ясный. Неплохо для апреля.
- Да.
- Ну, сдается мне, надо бы взглянуть самому, куда они их погонят.
Джеймс молча кивнул в знак согласия.
Однако стоило ему остаться одному, как он мгновенно устыдился того, что односложно отвечал Заху, а ведь тот так старался завести разговор! Джеймс тотчас вспомнил, как все последнее время его люди не спускали с него глаз, как заботились о нем, как бережно к нему относились. К сожалению, с тех пор как не стало Джона Мэтью, сердце Кэгана обратилось в камень, и хотя порой он сам страдал от этого, но изменить что-либо был не в силах.
Какое-то движение заставило его обернуться. Прикрыв рукой глаза от солнца, он вгляделся в даль. Элизабет!
Да, это была она - сидя в коляске, вихрем неслась к нему. Сердце Джеймса вдруг оборвалось, и, пришпорив лошадь, он галопом понесся ей навстречу.
- Что случилось? - крикнул он издалека что было мочи. Элизабет резко натянула поводья.
- Ничего.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики