ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

 

..
– А где вы учились?
– В Сарнах.
– Сарны? – она пыталась вспомнить, где это, и вопросительно взглянула на Банду.
– Ровенская область... Короче, определили меня в команду санитаров-могильщиков. Мы на вертолете «жмуриков» собирали. И в цинковые ящики запаивали «Груз-200» – слышали небось?
– Конечно.
– Знаете, руки, ноги, кишки... – Банда вдруг вспомнил забрызганный мозгами Витьки Дербенева рукав своей куртки, вытекший глаз, который проносил он под бронежилетом целый день, и содрогнулся по-настоящему, не наигрывая. – Вез водки там было очень уж хреново. Вот мы и снимали напряжение как могли.
– Я понимаю.
– Вот... А когда вернулся, начал пить уже и на гражданке. Из училища попереть меня не смогли – как же, воин-интернационалист, ранение имеет...
– Куда вас ранило?
– А, много куда, – Банда не стал вдаваться в подробности происхождения шрамов на своем теле, но вдруг вспомнил о самом свежем рубце, заработанном в Севастополе совсем недавно, и подумал, что рубашек с коротким рукавом и футболок теперь придется избегать. – Ну, так я и попал на Черниговщину, в ту дыру проклятую.
– Что же вам там не понравилось? – с улыбкой спросила Нелли Кимовна.
– Так там же Чернобыль! Никакого здоровья не стало. Даже бабы неинтересны стали...
– Даже так! – она с еще большим интересом взглянула на парня, и на ее губах заиграла чуть презрительная и очень хитрая улыбка. – И вы оттуда сбежали?
«Красивая, стерва», – невольно отметил про себя Банда и продолжал:
– Ну да, тут тетка жила. Я к ней. Прописался, начал работу искать. То да се. Там пьянки пошли... Короче, выгнала она меня. Участковый прицепился... Короче, вот к вам пришел, может, возьмете меня к себе в больницу.
– Хорошо. Идите к Кварцеву и завтра выходите на работу, – она, казалось, уже потеряла к нему всякий интерес и потянулась к стопке бумаг, лежавших перед ней на столе. – И старайтесь выходить на работу в трезвом виде. Алкоголиков я не терплю.
– Хорошо, Нелли Кимовна. До свидания.
Он вышел, но главврач еще несколько минут смотрела на закрывшуюся за ним дверь. И ее темные красивые глаза под сурово сдвинутыми бровями были слишком серьезными...

* * *

– Ну как?
Бобровский уже ожидал Банду в снятой специально для него комнате в тесной коммунальной квартирке в одном из старых одесских кварталов и, увидев на пороге Банду, нетерпеливо бросился ему навстречу.
– Нормально. Завтра на работу.
Банда в изнеможении опустился на незастланную постель и тяжелым взглядом обвел комнату.
– Отлично, – потер руки Бобровский. – Все идет по разработанному плану. Сегодня же доложу начальству о нашем первом удачном шаге.
– Докладывай, – Банда не в силах был даже разделить радость товарища. Ему на самом деле сейчас все на свете было безразлично. Хотелось только пить и спать.
– Банда, да ты чего такой кислый-то, а?
– А пошел ты!.. Сам, небось, гад, столько не пил, только мне подливал, а еще спрашивает!
– Я тоже пил.
– Но не по две-три бутылки ежедневно на протяжении трех суток, наверное?
– Ладно, не злись. Я тут тебе пивка принес.
Сергей извлек из спортивной сумки три бутылки пива и поставил на стол.
– Одну открывай, а две засунь в морозильник – пусть охладятся немного, – Банда даже оживился, увидев вожделенный напиток. – Слушай, а чего в Одессе такое пиво паршивое?
– От воды, наверное. Вкус любого напитка, я где-то читал, определяется в конечном счете качеством воды, которая идет на его изготовление. Даже водка, – разглагольствовал Бобровский, пряча пиво в холодильник, – имеет свой вкус, определяемый исключительно водой. Ярмольник в «L-клубе» все «Урсус» рекламирует. И я ему верю – там используется вода из айсбергов. «Кристалл клеа» – совершенно чистая и безвредная. Я думаю, что водка неплохой в итоге получится... А, кстати, о водке. Может, тебе не пиво надо? Может, мне в гастроном сбегать?
– Иди ты! Меня сейчас, наверное, от одного вида этой гадости вырвало бы.
– Ну расскажи, как все прошло в больнице? За алкоголика приняли?
– Вроде да. Нелли Кимовна настоятельно советовала на работу в нетрезвом виде не появляться.
– Я надеюсь, ты пару раз ослушаешься госпожу начальницу? Тебе теперь придется периодически поддерживать свою репутацию алкоголика! – засмеялся Сергей, и Банда снова отмахнулся от него:
– Помолчал бы уж!
– Ладно, не злись. Пей свое пиво, а я пошел. Надо связаться с начальством...

* * *

– Разрешите, Виталий Викторович?
Получив сообщение из Одессы, Котляров тут же поспешил к Мазурину. Уж слишком большую надежду возлагали они на миссию Банды и уж чересчур многое поставили на кон.
– А, ты! Заходи. Что-нибудь новое?
– Да. Банда устроился, как только что сообщил Бобровский, на работу в 19-ю больницу Одессы. На должность санитара.
– Санитара? Это не входило в наши планы. Что он сможет узнать, будучи всего лишь санитаром? – Мазурин насторожился, услышав такую новость, и подозрительно покосился на Котлярова.
– Планы пришлось поменять, но Бобровский уверяет, что все будет отлично. Та девушка, помните, Дина Саркисян, которая...
– Помню.
– Она вроде бы толковая, если верить ребятам. Вынюхивает, расспрашивает кого только можно. Так. Вот, она будет работать на нас, так сказать, со стороны больных, а Банда – со стороны медперсонала. Судя по донесениям Бобровского, эта работа обеспечивает ему доступ во все отделения и помещения больницы.
– Ну, это уже лучше... Как ты думаешь, – генерал указал Котлярову на диван, приглашая садиться, а сам прошел к буфету и извлек оттуда бутылку коньяка и две маленькие рюмки, – Степан Петрович, у нас есть шансы вытянуть это дело? Не завалим, не испортим? Все получится?
– Мне кажется, что получится, Виталий Викторович. Не хочу сглазить, конечно...
– Кажется? Если кажется – креститься надо, полковник, а не операции разрабатывать.
– Нет, я не так выразился. Я уверен в успехе. Ребята, особенно этот Банда, – просто находка. Вы бы видели, как они работали на полигоне...
– Тренировочный центр со стрельбой и беготней – совсем не то, что ожидает их в Одессе.
– Боюсь, товарищ генерал-лейтенант, что без стрельбы там не обойдется, если только это дело хоть чуточку похоже на Львовское или Питерское. Мой Федоров там, в Питере, увяз капитально, система охраны информации от нежелательных свидетелей у преступников просто потрясающая.
– Ну-ну... А если провал? Если всплывет то, как мы заполучили этого агента – Банду? Если наверху, – Мазурин многозначительно ткнул пальцем в потолок, – дознаются, с каким оружием и с каким оборудованием отправили мы на юг человека, который даже не состоит в штате?
– Поэтому я и говорил, что его надо было оформить по всем правилам.
– Нельзя было, я тебе уже объяснял, почему.
– Да, конечно... Но вы не волнуйтесь, Виталий Викторович, все у нас выгорит. Зато представляете, какой резонанс, какой триумф нас ожидает, если...
– Тьфу-тьфу! – суеверно сплюнул Мазурин через левое плечо и наполнил рюмки «Белым аистом». – Тогда давай возьмем, как говорится, по малой. По доброй традиции – за удачу...

* * *

– Вызывали, Нелли Кимовна? – в дверь кабинета главврача просунулась красивая светловолосая головка с томными глазами и длиннющими, сильно накрашенными ресницами.
– Заходи и закрывай за собой дверь.
В кабинет скользнула невысокая и стройная девушка в белом халате, лет двадцати пяти. Тонкая талия, внушительный бюст и крутые бедра вкупе с длинными для ее небольшого роста ногами делали ее, Наташку Королькову, довольно соблазнительным объектом пристального мужского внимания.
К ее несчастью, способностью к сколько-нибудь серьезному сопротивлению девчонка не обладала, и когда она впервые поняла, чего же хотят от нее мужчины, ей было всего четырнадцать. В десятом классе в гинекологическом отделении этой самой больницы она сделала свой первый аборт, потом, уже во время учебы в медучилище, – второй.
Наверное, судьба ее была бы предрешена – пошла бы по рукам, потом на вокзал, потом с чем-нибудь весьма серьезным залетела бы в вендиспансер, если бы не Нелли Кимовна, которая хорошо умела разбираться в людях и умела искусно ими управлять. Она жестко взялась за Наташку, объяснив ей популярно, что получать удовольствия от жизни и неплохие деньги можно не только одним интересным местом, но и головой. Особенно, если честно и преданно служить хорошим людям. А хорошим человеком, безусловно, была именно она, Нелли Кимовна Рябкина.
Наташка, присмотревшись и немного поработав под началом главврача, вскоре поняла правоту своей начальницы. Немалую роль в преображении девушки сыграла и ее неспособность к сопротивлению, а уж подчинять себе чужую волю Нелли Кимовна умела.
В итоге очень скоро Наталья Королькова стала ее лучшей помощницей во всех делах больницы.
Она умела, когда надо было, промолчать, и умела, когда ее просила об этом начальница, рассказать о том, что творится за дверями кабинета главврача.
Королькова умела выполнить любое задание Рябкиной, и в ней обнаружилась даже такая неожиданно приятная черта, как абсолютная преданность.
В общем, она стала правой рукой во всех, разумеется не врачебных, делах у Рябкиной.
– Ты нашего нового санитара видела?
– Да, Нелли Кимовна. Это алкаш такой, кажется, Сашкой зовут. Вы его имеете в виду?
– Его, его... Алкаш, говоришь? А что, на работе пьяный появляется?
– Да нет вроде. Просто физиономия у него такая, да и весь внешний вид...
– А какая такая физиономия?
– Ну, небритая.
– А внешний вид?
– Да во все такое лохское одет, что просто ужас. Это даже не дерибас.
– Вот и я о том же думаю – почему это мы дружно приняли его за алкаша? Руки у него не дрожат? Нет.
– Я, честно говоря, не обращала на это внимания, Нелли Кимовна.
– И морда, хоть и небритая, но довольно симпатичная и уж совсем не скажешь, что затасканная.
– Может, вы и правы, я как-то не присматривалась. – Королькова недоуменно пожала плечами, не понимая, почему внимание ее начальницы так занимает этот лох. Ладно бы кто другой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики