ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

 

– томно спросила Наташка, вытягивая ногу перед самым носом Банды.
– К-конечно, – пьяно кивнул он. – И салат тоже классный. Давай еще выпьем!
– Давай, – вздохнула слегка разочарованная девушка и, чуть привстав, потянулась через весь стол за бутылкой. Тяжелые полные груди качнулись, раздвинув отвороты халата. Садясь на место, Наташка не только не поправила халат, а наоборот, слегка раздвинула его на плечах, как будто давая своей груди больший простор.
«Ну вот, началось», – подумал Банда, вцепляясь в бутылку дрожащей неверной хваткой и разливая бренди по рюмкам.
– Как ты думаешь, я под стандарты «Плейбоя» подхожу? Посмотри, по-моему, грудь у меня красивая? – Наташке надоело неспешное разворачивание событий, и она решила брать быка за рога, решительно ускоряя события. Развязав пояс халата, она раздвинула в стороны его полы. Под халатом не было абсолютно ничего. Банда скользнул взглядом по ее телу и, чуть не поперхнувшись от такого неожиданного натиска, пробормотал:
– Ничего. Наверное, подошла бы. Я в этом деле не слишком большой специалист.
– Нет, ну почему же? Мужчины должны разбираться в этих делах даже лучше женщин, – она вдруг закинула одну ногу на него и оказалась у него на коленях, сидя к нему лицом и опустившись голой попкой на его ноги.
– Мужчины, конечно, разбираются. Но не все и не во всем. Ты лучше у кого другого спроси. И давай выпьем, а то налили... Положи мне еще салата.
– Погоди. Тебе не нравится? – она, взяв в руки свою налитую грудь, поднесла ее к самым губам Банды. – Посмотри, разве тебе не хочется ее поцеловать?
Банда уставился на сосок. Он был у нее большой, темно-коричневый, плоский, будто приплюснутый к груди. Такого добра Банда немало повидал на своем веку, и остаться безразличным ему не составило труда.
«Переигрывает, – отметил он про себя. – Не понимает, что женщина гораздо привлекательнее не открытая, не просящая взять ее, а таинственная, загадочная... А соски мне такие совсем не нравятся. И с такими цыцками она меня соблазнить пытается? Тьфу, смотреть противно».
– Ну, не надо, – он мягко оттолкнул от себя ее грудь, которую Наташка настойчиво пыталась засунуть ему в рот. – Перестань баловаться.
– Ну, посмотри, какие они гладкие, красивые, большие. Возьми в руку, потрогай, сожми, ну же, – она схватила его ладонь и с силой потянула к груди, пытаясь положить руку Банды на свое девичье «богатство». Он еле вырвался из ее цепких пальцев.
– Давай лучше выпьем, налито же.
– Не пропадет. Успеем еще.
– Так выдыхается... И вообще, я бы поел сначала. На голодный желудок...
– На голодный желудок – оно еще и лучше получается. Больше страсти, – перебила она его. – Или ты боишься меня? Ты же сам мне говорил, что иногда так хочется теплоты, ласки...
– И поесть... и-ик!.. тоже хочется, – Банда икнул совсем натурально, и Наташка брезгливо отдернулась, но тут же постаралась перебороть себя и снова взялась за свое:
– А посмотри, какой у меня животик, какие бедра... Погладь, не бойся, я разрешаю. Посмотри, как здесь тепло...
Она схватила Сашкину руку, потянув ее к своему пушистому холмику и ерзая по его коленям своей шикарной задницей. Банде ничего не оставалось, как погладить ее кудрявый пучок. Чувствуя, что мужчина в нем помимо его воли начинает постепенно просыпаться, парень нашел отличный выход.
Он решил свести все к шутке и звонко шлепнул ее по голому бедру.
– Ух ты, трясется!
Наташку снова передернуло от отвращения, но игра должна была быть продолжена, и, подавив неприязнь, она постаралась привлечь его внимание к самому заветному местечку, призывно раздвигая ноги.
– А посмотри сюда. Нравится? Тебе ничего не хочется? Посмотри, посмотри. Даже потрогать разрешаю. Ну давай, не бойся, я же тебя не укушу.
– Я не боюсь. Просто, знаешь, мы ведь это, как его, ужинаем. И это самое дело оно не гигиги... не гиги-е-нич-но, во! Понимаешь?
– Ну что ты, – гримаска бешенства мелькнула на лице Корольковой, – нам с тобой сегодня все можно... А ну-ка, покажи, как там мой мальчик поживает...
Она решилась пойти на последний, самый действенный шаг, рванувшись обеими руками к его ширинке. Банда инстинктивно попытался закрыться, она же, заметив его движение, неловко ткнулась пальцами в не самое удачное место, заставив Банду ойкнуть от болезненного ощущения.
– Блин, твою мать, Наташка, отобьешь мне все на хрен! Чего, аккуратнее не можешь? – чуть не скорчившись от боли. Банда с раздражением сбросил ее со своих колен, в душе порадовавшись – теперь на некоторое время полноценного мужчину ей в нем точно не удастся нащупать.
– Ox, ox! Извините, пожалуйста! – язвительно воскликнула девушка. – Какой недотрога!
– А ты не умеешь – не берись.
– Это кто, я не умею? – возмущение ее было совершенно искренним и неподдельным.
– А что, я, может быть?
– Да если хочешь знать, я уже тысячу раз... – начала было она, но вдруг осеклась, одумавшись.
– Что тысячу раз? В ширинку к мужикам лазила? Так бы и сказала, а то – «одиночество», «теплоты подайте», «так хочется прижаться к кому-нибудь»... Тьфу! – Банда специально шел на конфликт – все ему уже порядком надоело.
– А твое какое дело, импотент несчастный? Что ты тут расселся? А ну, вали отсюда!
– Сама позвала.
– Как позвала, так и выгоню. Иди отсюда, чтоб я тебя здесь не видела.
– Так давай выпьем, раз налили все-таки, – попытался на прощание еще поиграть в алкоголика Банда, этим еще более распалив неудавшуюся соблазнительницу.
– Выпьем?! Ах ты, алкаш драный. Иди в подворотню пей свои «чернила»!
– А ты меня чем поишь? Да этот «Слънчев бряг» всю жизнь самым дешевым пойлом был.
– Катись к чертовой матери! – Наташка бросилась на него, стягивая за руку с дивана и пытаясь вытолкать из комнаты. Распахнутый халат зацепился за стул и чуть не опрокинул его, что здорово развеселило Банду.
Не забывая об игре, он грубо расхохотался и указал пальцем на ее груди:
– Смотри, как смешно трясутся.
– Ах ты, ублюдок! – Наташка торопливо запахнула халат и схватила с дивана узенький поясок. – Сейчас ты у меня мигом вылетишь!
Банда воспользовался заминкой с пользой для дела. Пошатнувшись, он шагнул к столику, одним глотком осушил свою рюмку и, нетвердой рукой схватив за горлышко пузатенькую недопитую бутылку бренди, примирительно проканючил:
– Наташ, ты не обижайся, ладно? Можно, я с собой это возьму? Не подумай там... Но чего ж ему зря пропадать-то, правда же? Я вот завтра приду с этой... ну, с работы, так это, тогда и выпью за твое здоровье. Хорошо, Наташ?
– Ладно, – уже более спокойно сказала девушка. – Бери и катись, чтоб я тебя не видела.
– Ты не обижайся. Если б ты мне сразу объяснила, что надо, так я бы сказал... Вот те крест!.. Я же это, под Чернобылем работал. Сечешь?
Он стоял в дверях, привалившись к косяку и пьяно и виновато улыбался, часто моргая голубыми глазами. Взглянув на него, Наташка почему-то совсем смягчилась. То ли понравился он ей чем-то, то ли пожалела – она и сама не знала. Просто вдруг ей самой стало очень не по себе, и, чтобы как-то сгладить неловкость, она неожиданно для самой себя произнесла:
– Ты тоже не думай... Больно ты мне нужен. Просто посмотреть хотела, правду ли про тебя говорят, что ты алкаш последний да еще и инвалид чернобыльский к тому же.
– Ну чего? Убедилась?
– Ой, да иди ты с Богом!
– Короче, Наташ, прости. Если чего не так... Не виноватый я, в натуре тебе говорю... Не обижайся, хорошо? – и, повернувшись, он нетвердо ступил за порог ее квартиры и побрел по лестнице вниз, нежно прижимая к животу недопитую бутылку злосчастного бренди.
Наташка еще несколько секунд смотрела ему вслед, а затем со вздохом закрыла двери.
А Банда даже песню какую-то затянул, как бы продолжая изображать пьяного, а на самом деле от удовольствия: теперь он получил подтверждение тому, что весь этот вечер был элементарной проверкой, устроенной для него руководством больницы, и ко всему прочему Банда знал, что проверку эту он прошел отлично...

* * *

– Виталий Викторович, у меня новости, – Котляров вошел в кабинет Мазурина без стука, более чем уверенный, что в эти дни генерал ждет докладов только от группы Банды.
– От Банды?
– Так точно.
– Ну и?
– Во-первых, Бондаровичу удалось внедриться и завоевать доверие. Вчера он прошел проверку на подлинность «легенды». Проколов нет.
– Хорошо. Просто замечательно! – Мазурин от волнения встал и подошел к окну. – Это было во-первых. Что у вас во-вторых, Степан Петрович?
– Установлен контакт с Ольгой Сергиенко, беременной, находящейся на сохранении в больнице. Контакт осуществлен через посредничество Дины Саркисян, коллеги Николая Самойленко.
Банда взял этот объект под особый контроль. Ей двадцать пять лет, замужем, учительница начальных классов. Муж – тоже учитель. Ольга на сохранении – с самого начала декретного отпуска по рекомендации районного лечащего врача. По ее словам, никаких предпосылок или причин для столь пристального внимания со стороны врачей к протеканию ее беременности не видит. Группа Бондаровича считает, что этот факт заслуживает внимания.
– Что-нибудь еще?
– Пока нет, Виталий Викторович.
– Ясно... Ну что ж. Я рад, что ребята там, в Одессе, начинают постепенно раскручиваться. Пусть работают. Пусть внимательно проверяют любые интересные случаи. А что у Федорова в Санкт-Петербурге?
– Через два дня он возвращается. "Никаких сколько-нибудь значительных следов, и сейчас он закрывает дело.
– Так. Значит, теперь у нас остается только группа Банды? Ну что ж, будем ждать...

* * *

В тот день, когда Банда проходил проверку Рябкиной, в Беларуси, на Брестском автомобильном КПП произошел совсем незначительный инцидент, который, как ни странно, впоследствии сыграл важную роль в цепи дальнейших событий.
К вечеру в зону контроля пограничной службы степенно вкатился «Мерседес» цвета «серый металлик» с баварскими номерами. Водитель машины, Карл Берхард, и его жена Хельга следовали через Беларусь транзитом на Украину, совершая маленькое туристическое путешествие.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики