науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ты думаешь, я неправ?
- Нет, не думаю - слабо сказала она.
- А мы ведь всегда могли говорить друг с другом, правда? Я имею в виду,
что никто из нас не уставал, никому не надоедало, не было нужды впитывать
осмотически, правда?
- Да, - сказала она, - до сегодняшнего дня и я так думала.
- Послушай, Одра. Ты знаешь все, что случилось со мной за последние
одиннадцать лет моей жизни. Каждое дело, каждую идею, каждую неприятность,
каждого приятеля, каждого парня, который сделал мне что-то плохое или
пытался сделать. Ты знаешь, я спал с Сюзан Браун. Ты знаешь, что иногда я
делаюсь сентиментальным, когда выпью, и слишком громко проигрываю записи.
- Особенно "Благодарного покойника", - сказала она, и он рассмеялся.
На этот раз она засмеялась в ответ.
- Ты знаешь самое важное - вещи, на которые я надеюсь.
- Да. Думаю, что знаю. Но это... - она замолчала, покачала головой,
немного подумала. - Насколько этот звонок связан с твоим братом?
- Дай я сам к этому подойду. Не гони волну, иначе я не смогу. Это так
огромно и так... так чудовищно ужасно... что я содрогаюсь. Видишь ли... мне
никогда не приходило в голову рассказывать тебе о Джорджи.
Она посмотрела на него, нахмурилась, слабо покачала головой. - Я не
понимаю.
- Я пытаюсь сказать тебе. Одра, что даже не ДУМАЛ о Джорджи в течение
двадцати лет или более.
- Но ведь ты говорил мне, что у тебя был брат по имени...
- Я назвал ФАКТ, - сказал он. - И все. Его имя было словом. Оно не
бросало никакой тени на мой разум.
- Но мне кажется, оно бросало тень на твои сны, - сказала Одра.
Ее голос был очень спокойным.
- Стенанья? Плач?
Она кивнула.
- Думаю, ты права, - сказал он. - На самом деле, ты почти полностью
права. Но ведь сны, которые ты не помнишь, не считаются, правда?
- Ты в самом деле вовсе никогда не думал о нем?
- Да.
Ока с сомнением покачала головой. - Даже о том, как ужасно он умер?
- До сегодняшнего дня, Одра.
Она посмотрела на него и снова покачала головой.
- Ты спросила меня, перед тем как мы поженились, есть ли у меня братья
и сестры, и я сказал, что у меня был брат, который умер, когда я был
ребенком. Ты знала, что родителей у меня нет, а поскольку у тебя большая
родня, это и заняло все наше внимание. Но сегодня - новое.
- Что ты имеешь в виду?
- Не только Джордж был в этой черной дыре. Я не думал о САМОМ
ДЕРРИ двадцать лет. Ни о людях, с которыми общался - Эдди Каспбрак,
Ричи Рот, Стэн Урис, Бев Марш... - он пробежал руками по волосам и нервно
засмеялся. - Это как случай амнезии и настолько серьезный, что ты даже не
знаешь, что она у тебя есть. И когда Майкл Хэнлон позвонил...
- Кто это Майкл Хэнлон?
- Еще один парень, с которым мы контачили - с которым я контачил после
смерти Джорджа. Конечно, теперь он уже не парень. Как и все мы. Это был
Майкл на телефоне, трансатлантическая связь. Он сказал: - Алло, я попал в
квартиру Денбро? - и я сказал да, и он сказал: - Билл? Это ты? и я сказал
да, и он сказал: - Это Майкл Хэнлон. - Это ровным счетом ничего для меня не
значило. Одра. Он мог быть, к примеру, продавцом энциклопедии или записей
Берла Ивса. Потом он сказал: - Из Дерри. - И когда он это сказал, как будто
бы дверь открылась внутри меня и какой-то страшный свет засветил, и я
вспомнил, кто это. Я вспомнил Джорджа. Я вспомнил всех остальных. Все это
случилось...
Билл стиснул пальцы.
- Да. И я знал, что он будет просить меня приехать.
- Вернуться в Дерри.
- Да. - Он снял очки, протер глаза, посмотрел на нее. Никогда в жизни
она не видела человека, который бы выглядел таким испуганным. - В Дерри.
Потому что мы обещали, - сказал он, - мы обещали. Все мы. Дети. Мы стали в
круг у протоки, бегущей через Барренс, держась за руки, и мы резали ладони
кусочком стекла, как будто хотели породниться, только это была не игра.
Он протянул к ней руки, и она увидела в центре каждой ладони лесенку из
белых линий - раненую ткань. Она держала его руки в своих - бессчетное число
раз, но никогда раньше не замечала этих шрамов на его ладонях. Они были
слабые, но она бы подумала...
А вечер! Тот вечер!
Не тот, где они познакомились, хотя этот второй вечер соотносился с
первым,
как концовка с книгой, потому что он был прощальным после завершения
съемок "Ловушки Черного Дьявола". Было шумно и пьяно, разгульно. Пожалуй,
даже похлеще, чем на других таких же вечеринках, на которых она бывала,
потому что съемка прошла лучше, чем все они могли ожидать, и все они знали
это. Для Одры Филипс вечер был прекрасным, потому что она влюбилась в
Уильяма Денбро.
Как звали ту самозваную гадалку? Одра помнила только, что та была одним
из двух помощников гримера. В какой-то момент вечеринки девушка сорвала с
себя блузку, обнажая очень экстазный бюстгальтер, и повязала ее вокруг
головы, как шарф у цыганки. Разгоряченная дымом и вином, она остаток вечера
или пока не ушла, читала по руке...
Одра не могла теперь вспомнить, были ли предсказания девушки хорошими
или плохими, мудрыми или глупыми: ей было очень хорошо в тот вечер. Но она
помнила, что в какой-то момент девушка схватила ладонь Билла и, сравнив ее
со своей собственной, заявила, что они совершенно одинаковые. "Мы близнецы в
жизни", сказала она. Одра помнила: она более чем ревниво следила за тем, как
девушка водила по линиям на его ладони своим великолепно накрашенным ногтем
- как глупо это было, в миражном киномире, в этой киношной субкультуре, где
мужчины так же запросто, обыденно похлопывают женские попки, как Нью-Йоркцы
трогают свои щеки! Но в исследовании гадалки было что-то интимное,
затянувшееся.
Тогда на ладонях Билла не было никаких маленьких белых шрамов.
Она наблюдала за этой шарадой глазами ревнивой возлюбленной, и она
доверяла этому воспоминанию. Доверяла ФАКТУ.
И сейчас сказала это Биллу.
Он кивнул. - Ты права. Их тогда не было. И хотя я не могу поклясться в
этом, думаю, их не было и прошлой ночью, в "Плоу и Барроу". Мы стали
меряться руками на пиво и, я думаю, я бы заметил.
Он усмехнулся. Усмешка была сухой, лишенной юмора, испуганной.
- Я думаю, они вернулись, когда позвонил Майкл Хэнлон. Вот что я думаю.
- Билл, это невозможно. - Она потянулась за сигаретами.
Билл смотрел на свои руки. - Стэн сделал это, - сказал он. - Разрезал
ладони осколком бутылки из-под "Кокаколы". Теперь я отчетливо вспоминаю это.
- Он посмотрел на Одру, и глаза его за очками выглядели больными,
непонимающими. - Я помню, как этот кусок стекла мерцал на солнце. Он был от
новой бутылки, прозрачный. Раньше бутылки "Кокаколы" были зелеными, ты
помнишь? - Она покачала головой, но он не видел. Он все еще изучал свои
ладони. - Я помню, что Сгэн резал свои руки последним, притворяясь, будто
намерен не просто надрезать ладони, а полоснуть по запястью. Я думаю, это
была глупость, но я подался к нему... чтобы остановить его. Потому что
секундудве он выглядел серьезным.
- Билл, не надо, - сказала она низким голосом. На этот раз, чтобы
зажигалка не дрожала в руке, ей понадобилось обхватить запястье другой рукой
- так полицейский держит пистолет на стрельбище. - Шрамы не могут
возвращаться. Они или есть, или их нет.
- Ты их видела раньше, а? Ты это говоришь мне?
- Они едва заметны, - сказала Одра резче, чем хотела.
- Мы истекали кровью, - сказал он. - Мы стояли в воде недалеко от того
места, где Эдди Каспбрак, Бен Хэнском и я построили плотину...
- Ты имеешь в виду архитектора, да?
- Есть архитектор с таким именем?
- Боже, Билл, он построил новый центр связи Бибиси! И до сих пор
ведутся споры, мечта это или неудача!
- Ну, я не знаю, тот же это парень или нет. Это кажется невероятным, но
кто знает. Тот Бен, которого я знал, классно строил. Мы все стояли там, и я
держал левую руку Бев Марш в своей правой, и правая рука Ричи Тозиера была в
моей левой. Мы стояли в воде, как будто принимали крещение, и на горизонте я
видел деррийскую водонапорную башню. Она была такой белой, какой
представляется воображению одеяние архангелов, и мы пообещали, поклялись,
что если это не кончилось, что если это возобновится, мы вернемся. И мы бы
сделали это. И остановили. Навсегда.
- Остановили ЧТО? - закричала она, внезапно разъярившись на него. - Что
остановили? Что за чушь ты несешь?
- Лучше бы ты не спрашивала... - начал Билл и остановился. Она увидела,
как выражение ужаса распространяется по всему его лицу, как пятно. - Дай
сигарету.
Она протянула ему пачку. Он закурил. Она никогда не видела, чтобы он
курил.
- Я еще и заикался.
- Заикался?
- Да. Тогда. Ты говорила, что я был единственным человеком в
ЛосАнджелесе, который осмеливался говорить медленно. Но правда была в том,
что я не осмеливался говорить быстро. Это был не плод размышлений. И не
рассуждение. И не мудрость. Все исправившиеся заики говорят очень медленно.
Это один из известных ходов, также как свое второе имя надо вспомнить прямо
перед тем как представляешься, потому что у
заик более всего проблем с существительными, и слово, которое причиняет
самое большое беспокойство, - это их собственное имя.
- Заикался. - Она улыбнулась легкой улыбкой, как будто он пошутил и она
потеряла, нить.
- До смерти Джорджа я заикался умеренно - сказал Билл, и уже начал
слышать, как слова повторяются в его мозгу, как будто бесконечно разделенные
во времени;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики