науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Спустя совсем немного времени они уплыли, однако я до самого последнего момента следил за ними, охваченный сильным желанием поговорить с этими созданиями. Но это было запрещено. Сразу же, едва они появились, кантри собрали Совет, на котором было принято решение: лишь царь волен вступать с гедри в непосредственное общение, ибо многие из наших сородичей все еще впадали в ярость при одном лишь их виде. К тому времени когда они покинули остров, я уже выучил немного слов их языка — самую малость — и позже, в течение нескольких столетий, узнавал о них все, что только мог.
Посмотрев на меня, Вариен продолжал:
— Когда приплыла Ланен, я уже почти оставил надежду увидеть еще хотя бы один корабль, прибывший за лансипом, — на протяжении целого келла на наш остров не ступала нога ни одного гедри. — Улыбнувшись, он шагнул вперед и взял меня за руку. — Ах, Ланен! Покуда я дышу, никогда не забыть мне того, как ты впервые ступила на землю нашего народа! Я видел, как ты восторженно смеялась, шагая по траве. — Глаза его встретились с моими, и я почувствовала, как страсть, таящаяся в его взгляде, пронизывает меня насквозь. — Я смотрел, как ты преклонила колени, вдыхая запах самой земли, по которой ступали твои ноги.
Я вздрогнула. Самым сильным моим воспоминанием о первых мгновениях, проведенных на Драконьем острове, был запах примятой под ногами травы. До этого я не знала, что Акор, оказывается, наблюдал за мной.
— В первый же вечер мы тайно встретились. Мысленно Вариен добавил, обращаясь ко мне:
«И ты назвала меня братом, моя Ланен, несмотря на ту огромную пропасть обиды и ненависти, что разделяла нас. Уже тогда я любил тебя».
— На следующую ночь мы встретились вновь — под присмотром старейшего из нашего рода, моего сердечного друга Шикрара, который опасался, что я попал под влияние демонов или был околдован ведьмой гедри, — при этих словах Вариен рассмеялся. — Впрочем, вскоре он узнал ее получше! Однако он запретил нам видеться еще раз. И впервые за все время я, царь своего народа, более всех обязанный блюсти наши законы, нарушил этот запрет, ибо не мог выдержать столь скорого расставания. Я отнес Ланен в свои чертоги, что находились далеко за городьбой, отделявшей нас от гедри, и в ту самую ночь судьба наша была предрешена. Она полюбила меня, а я — ее, и каким бы безумием ни казалась любовь между гедри и кантри, даже самое беспросветное будущее не страшило нас. В душе мы воспарили вместе ввысь, слившись в полете влюбленных, — это священный обряд моего народа, столь же действенный, как и клятва верности, что мы дали друг другу во время брачной церемонии не далее как пару дней назад. С того времени души наши стали едины.
Поцеловав мне руку, Вариен выпустил меня и вновь поднялся, встав перед Джеми; во взгляде его одновременно читались достоинство и жалость.
— Это правда, Джемет. Вот кем я был и остаюсь поныне. Хочешь верь, хочешь нет, но в дальнейшем все случилось так, как рассказывала тебе Ланен. Марик, ее отец, навлек на нас демонов, которых мы уничтожили; он пытался принести ее в жертву, но я спас ее; он хотел похитить самоцветы душ моих сородичей, но мы с Шикраром остановили его, и Ланен помогла нам в этом; прежнее мое тело истекло кровью от ран, и когда не осталось ни малейшей надежды, вопреки пониманию и здравому смыслу и случилось невозможное: я очнулся таким, каким ты меня сейчас видишь, посреди груды праха, оставшегося от прежнего моего тела, и самоцвет души был крепко зажат в моей руке. — Он улыбнулся, на этот раз более ласково: Джеми, казалось, начинал понемногу верить его словам. — Она не рассказала тебе лишь о своем собственном вкладе в судьбу моего народа. Кейдра, сын Шикрара, и его супруга Миражэй ожидали появления детеныша — первого среди кантри за последние пятьсот лет. Однако роды протекали сложно, и мы все боялись, что и Миражэй, и малыш погибнут. Именно Ланен помогла сыну Кейдры появиться на свет, спасла и мать, и малютку и этим своим поступком заронила в сердца моих сородичей побуждение к переменам.
Вариен поклонился еще раз и уселся на свое место у огня.
Джеми долгое время молчал. Я видела, как он взвешивает в голове услышанное, и позволила себе ненадолго расслабиться; наконец я увидела, что он пришел к какому-то решению. Глаза его вновь обрели прежний блеск, и он кивнул Вариену:
— Я каждой костью чую, что тут должна скрываться ложь, однако я знавал на своем веку многих и могу распознать, когда говорят правду. Может, конечно, ты и тронутый, но то, что ты мне сейчас рассказал, — истина; по крайней мере ты сам в это искренне веришь, тут уж у меня сомнений нет. А тот крупный зеленый камень, оправленный в золото, который ты надевал во время женитьбы, — это, полагаю, и есть тот самый самоцвет души?
— Да, это он, — ответил Вариен. — Шикрар оправил его для меня в кхаадиш, прежде чем я смог предстать перед своим народом после того, как принял человечий облик.
— "Кхаадиш" — это по-нашему золото, да?
— Да. Мы... Со временем земля, на которой спят кантри, превращается в золото. Мы никому об этом не говорим. Кхаадиш — обычный металл, которому лишь изредка можно найти применение: например, если его отполировать, в нем можно увидеть свое отражение; но для нас он почти не имеет никакой ценности.
Джеми фыркнул:
— Да уж! На этот твой венчик можно купить всю нашу ферму, Да еще и несколько окрестных деревень в придачу. И это только на золото. Если вдруг окажешься когда-нибудь на мели, этот камушек может...
Я заметила, что Вариен начинает не на шутку сердиться, и вмешалась:
— Джеми, прошу тебя, прекрати. Это ведь совсем иное. Разве ты продал бы, скажем, свою ногу, если бы с этого можно было что-то поиметь?
— А что, неужели и этот камень для тебя — что часть тела? — спросил Джеми в замешательстве.
— Больше! — резко бросил Вариен.
Джеми посмотрел на него, но добавлять Вариен ничего не стал.
— Понятно, — произнес Джеми наконец. — Не хотел тебя обидеть, парень. А что до правды насчет твоего драконьего прошлого — утро вечера мудренее, как говорится, а пока постараюсь шире глядеть на вещи.
Вариен кивнул:
— Это редкий дар для любого народа. Благодарю тебя. Уголок рта у Джеми пополз вверх, и губы его растянулись в кривой усмешке.
— Всегда пожалуйста. А у тебя и впрямь царские манеры, откуда бы ни был ты родом.
— Мой народ так бы не посчитал, — ответил Вариен, и во взгляде его теперь угадывался слабый намек на веселость. — Они всегда заявляли, что я чересчур легкомыслен, излишне беспечен и из-за тяги к новшествам слишком быстро приемлю всяческие перемены. Кстати, о новшествах... Я знаю, что среди множества умений, которых мне недостает, есть одно, очень тебе свойственное, и я бы тоже желал его обрести.
— И что же это? — спросил Джеми, опередив меня на полвздоха: я собиралась задать тот же вопрос. Прежде Вариен никогда не упоминал ни о чем подобном.
— Поскольку мы намерены путешествовать по свету, мне придется научиться защищаться. Я ни разу в жизни не держал в руках боевого клинка. Ланен рассказывала мне, что ты в совершенстве владеешь этим искусством. Сумею ли я уговорить тебя обучать меня, пока еще позволяет время?
— Пока позволяет время? — переспросил Джеми. Однако в голосе его звучало согласие, и я знала, что наши намерения не были для него неожиданностью. И все же следовало все ему объяснить.
— Джеми, дело не в том, что меня вновь тянет повидать мир, — произнесла я.
Он приподнял бровь.
— Ну, то есть, — добавила я, рассмеявшись, — дело не только в этом. У нас неприятности. Не знаю, вернулся ли к Марику рассудок и возможно ли это вообще, но если он вдруг оклемается, то вряд ли откажется от своих замыслов насчет прежнего жертвоприношения, так что рано или поздно он явится за мной — или сам, или наймет кого-нибудь.
— Спору нет, — ответил Джеми, и глаза его слабо замерцали. — Я тоже подумал, что приключение ваше закончилось больно уж внезапно От заклинателей демонов так просто не избавишься — их нужно уничтожить. Уж поверь, я знаю.
— Но Кадеран-то мертв, — сказала я.
— Судя по твоим рассказам, он был мелкой сошкой. Я-то знаком с их братом и знаю: настоящий повелитель демонов нипочем не стал бы рисковать своей драгоценной шеей и не отправился бы в столь опасное путешествие. Этот Кадеран никогда не говорил о своем господине?
И тут передо мною всплыло воспоминание: я стою у тропы, ведущей к морю, спрятавшись в густом ельнике, и слушаю, как неподалеку беседуют Кадеран и Марик...
— Он упоминал о каком-то магистре шестого круга. Это тебе о чем-то говорит?
— Зубья Преисподней! — воскликнул Джеми. — Ланен, дела хуже некуда. Повелитель шестого круга может вызывать едва ли не самых могущественных демонов, управлять ими. — Он вновь заходил взад-вперед, и было видно, что он очень встревожен. — Седалище Матери Шиа! Ланен, во имя всего святого, не вспомнишь ли... Скажи, Ланен, ты слышала имя? Они называли какое-нибудь имя?
— Я пытаюсь припомнить, — проговорила я. — Но нет, боюсь, что голова у меня тогда была занята иным. Если они и упоминали какое-то имя, я этого не помню.
— Раз так, хозяин Джемет, то мне тем более нужно научиться владеть мечом, — вставил Вариен.
Джеми поморщился.
— Знаешь, лучше бы я вообще не говорил тебе, как меня зовут, называй меня Джеми, как все называют, и все тут. Само собой, я покажу тебе, как пользоваться клинком, но сейчас-то мы говорим о повелителе демонов и о том, как нам тут поступить. — Он окинул Вариена оценивающим взглядом. — Положим, силенка у тебя в руках имеется, однако во время боя клинок тяжелеет с каждым ударом. Ты когда-нибудь поднимал длинный меч?
Вариен смутился:
— А они бывают разные?
Джеми захохотал:
— Сотни разных, парень! Впрочем, для тебя у меня есть один на примете, с ним и будешь упражняться.
Он прошел к лестнице, за ней стоял длинный низкий короб; порывшись в нем, Джеми извлек здоровенный меч, который, как я помнила, принадлежал Хадрону. Я видела, как отчим доставал его из укромного уголка каждый год, когда собирался в Иллару, на Большую ярмарку, что устраивалась там в начале осени.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики