науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Так, разуму, объятому тьмою, следует осторожно — очень осторожно — показать картину рассвета, но только избегая резких оттенков, вроде пылающей зари, которая может оказать тяжкое воздействие, — позволительны лишь первые намеки зарождающегося света, предвещающие новое утро. Зачастую такое осторожное воздействие даже не заметно для больного, однако со временем, общаясь с ним беспрестанно и прилагая все усилия, можно добиться таким образом исцеления. Во время этого мы и сами словно находимся внутри такого воображаемого мира и поэтому чувствуем, приносят ли наши старания плоды или нет.
Я уже пытался прежде исцелить Марика картинами утреннего тумана, низкой слезящейся тучки и даже легкого дождика (когда совсем уж отчаивался) — но каждый раз, стоило мне отозвать свою силу, вся эта «влага» в один миг исчезала, будто кто-то ее залпом выпивал, а в видении оставалась лишь неровная серая пыль, точно и не было всех моих попыток. Казалось, Марик выпивает до капли все, что я ему предлагаю, но по-прежнему умирает от жажды, хотя сам я во время своих бесплодных попыток становился мокрым насквозь.
И в этот раз я воззвал к своей силе, и она обволокла меня голубоватым свечением — но какой же ничтожной казалось оно рядом с трепещущей лазоревой мантией, что окружала Бериса. Я наблюдал за тем, что происходит: мы способны «видеть» все, даже когда работает другой целитель. Хотя двое целителей не могут узреть в точности одну и ту же картину, итог воздействия равно отобразится для обоих.
И вот я вновь там: стою на твердой, покрытой трещинами поверхности Марикова разума, совершенно омертвелой, без какой бы то ни было, пусть даже самой крохотной надежды на жизнь. Я почувствовал, как Берис дал волю своей силе — и вот на солнце уже наползает туча и поднимается ветер. Я глубоко вздохнул и — готов поклясться! — почуял запах приближающегося дождя.
Если вы гордитесь каким-либо умением, к которому стремились долго и упорно, а потом вдруг встречаете настоящего искусника, который без малейших усилий повторяет то, что давалось вам так непросто, — если вы с этим сталкивались, то поймете, что я при этом чувствовал. На протяжении трех лун мне несколько раз удавалось развернуть перед разумом Мариком образ, пропитанный нежной влагой, который держался у меня с час или около того. А Берис в одно мгновение вызвал целую дождевую бурю.
В глубине души мне стало неспокойно: картина Бериса была слишком резкой, внезапной, бурной. А с покалеченным разумом следует обращаться осторожно, мягко, лишь в этом случае возможно восстановить его целостность — так, по крайней мере, меня учили. Но спорить с Берисом я едва ли мог — как-никак верховный маг Верфарена. Лишь стоял и смотрел — и чувствовал, как студеный сырой ветер понемногу проникает ко мне сквозь плащ, отчего по телу распространяется неприятный холодок. Вдали прогремел гром. Упали первые крупные капли дождя, прибивая пыль. Я чувствовал, как они попадают мне на кожу — холодные, тяжелые, даже больно ощущать их удары. Они не сразу преобразили сушь у меня под ногами, однако можно было уже заметить несколько сырых пятен, появляющихся то тут то там и в следующий же миг словно испарявшихся.
И все-таки по состоянию воздуха я чуял, что долго так продолжаться не может. Капли падали все быстрее и чаще — вскоре я уже стоял посреди настоящего ливня, с небес лило как из ведра. Я почувствовал, что становится небезопасно. Сколь бы ни был я очарован, но в душу прокрался ужас. Подозреваю, что в первое же мгновение я промок до нитки, хотя и не замечал этого: все мое внимание было приковано к земле.
Ибо поверхность под ногами и в самом деле становилась землею. Ничто было не в силах противостоять таким потокам воды — я видел, как трещины переполняются темной жидкостью, края их сглаживаются, и вся иссушенная поверхность превращается в грязь. Вскоре образовались огромные лужи — дождя лило больше, чем способна была впитать земля. Я начал опасаться за Марика и прокричал:
— Господин Берис, достаточно! Наверняка уже довольно!
Ответа я не получил — а дождь все не прекращал, и потоки его становились все обильнее. Образовалось уже целое озеро — и из него вдруг начало появляться нечто.
Это был выползок из кошмара — дракон размером с гору. Струи воды, попадая на блестящую спину твари, тут же с шипением испарялись, но дождь лил сплошной стеной. Чудовище поднялось на задние лапы и ужасающе взрычало — но небеса огласились ответным рыком: раздался оглушительный раскат грома, небо расколола молния — и сверкающим копьем ударила дракона промеж глаз.
Я был ослеплен, находясь в этом мире внутри чужого разума. Встрепенувшись, я сделал пару-другую глубоких вздохов, возвращаясь в настоящий мир, — и тут узрел чудо.
Марик сидел на постели, остановив взгляд на Берисе; он весь дрожал, однако голос его прозвучал на диво внятно:
— Проклятье, отчего так долго?
* * *
Я изменилась с тех пор, как покинула его, — изменилась как душою, так и телом. Я бродила глубоко в лесах при лунном свете, впитывая его лучи, точно воду, чувствуя, как в земле под ногами струятся глубинные потоки, подобно живым существам. Однажды, жаркой летней ночью, я летала — взмывала ввысь и устремлялась вдаль, кружа и носясь в воздухе, что поддерживал мои крылья прочно и твердо, словно камень. Я видела многих таких же, как он, — шагавших, подобно ему, на двух ногах, — но они казались мне страшными в тени деревьев; я видела и себе подобных — четвероногих, с крыльями и хвостами, покрытых чешуей и снабженных острыми когтями.
Но было больше его сородичей, нежели моих.
...Будучи совсем еще юной, я уже знала, что мы различны. По мере роста я задумывалась: когда я сброшу крылья и начну ходить стоймя, не будет ли это больно? Я знала, что он старше и мудрее меня, а выглядел и пахнул он как-то странно; но я также чувствовала и любовь — верную и сильную. Я никогда не задавалась этим всерьез, пока в одно прекрасное утро не наклонилась над озерцом, чтобы напиться, и не увидела в воде собственное лицо цвета осеннего заката — и осознала до мозга костей, что лик мой, подобный прочному и твердому щиту, никогда не станет мягким и не покроется таким же нежным пушком, как у него. Я не стала после этого любить его меньше, но поняла тогда, что должна покинуть его и искать для себя иной доли.
Я искала и нашла — и начала жить с себе подобными; но никогда не забывала — не могла забыть — то милое лицо и тот облик. И теперь, когда грядут великие перемены, во мне проснулось могучее желание — вновь быть с ним. Долго я не могла решить, идти ли мне или все же остаться, долго страхи мои не давали мне сделать ни того ни другого, но в конце концов я отказалась от собственной безопасности и отправилась на его поиски. Никогда мне не понять, отчего я сделала этот выбор и где нашла столько мужества, — но я решилась, и мир был изменен.
Ланен
Прежде я никогда не отказывалась от оленины, однако сейчас была не в состоянии есть, даже после того, как Джеми нарезал немного мяса мелкими кусочками и, нанизав их на вертел, быстро поджарил над огнем, который развела Релла. Пахло недурно, но я, как ни крути, все еще не могла унять отголоски этого страшного крика, до сих пор теребившие мне разум. Вместо этого я куснула морковку — из зимнего хадронстедского запаса, который мы существенно подсократили, набрав кое-чего с собой в дорогу, — и туг же поймала себя на мысли: хорошо вот, что овощи не кричат. В животе у меня и так творилось невесть что, а при этой мысли меня едва не выворотило. Даже морковь показалась отвратительной.
— Что с тобой, девочка? — спросил Джеми, когда я отказалась от оленины. — Мясо прожарилось на славу, а всем нам необходима горячая пища.
— Прости, Джеми, — произнесла я. Не могла же я пуститься сейчас в объяснения того, о чем лишь смутно догадывалась. Он и так с трудом поверил, что люди могут общаться при помощи Истинной речи. Я сомневалась, что вообще стоит говорить об этом. Может, оно так само и пройдет. — Я не голодна. Не могу сейчас даже смотреть на еду.
Он пристально поглядел на меня, потом пожал плечами:
— Как хочешь. Нам надо готовить горячую пищу как можно чаще, а на холоде мясо будет оставаться свежим несколько дней. — Он улыбнулся мне. — Ежели ты не голодна, окажи мне услугу. Пригляди-ка за остальным мясом, а я пока займусь лагерем.
Он оставил меня следить за вертелами с маленькими кусочками оленины, жарившимися над огнем, а сам принялся отвязывать от седел скатки с постельными принадлежностями — свою и мою.
— Хвала Владычице, эти драные ублюдки так были заняты тем, чтобы заполучить тебя, что совсем не заинтересовались нашими лошадьми, — сказал он спустя некоторое время. — Я бы предпочел ехать верхом, чем брести на своих двоих.
— А куда ехать-то? — вопросила Релла, став коленями на холодную землю, чтобы расчистить место себе для постели подле огня. — Мы ведь так и не решили, куда отправимся, — голос ее посуровел. — Я все так же стою за Сорун. Кое-какие подозрения у меня имеются, но я хочу узнать наверняка, кто нанял этих несчастных оглоедов.
— Ты подозреваешь кого-то? А кого именно? Я его знаю? — вырвалось у меня, и губы мои против воли тронула улыбка.
— Нет, если только ты не слышала имени Берис.
Я нахмурила лоб. Имя это казалось знакомым, но я не была вполне уверена. И тут услышала, как Джеми прошипел:
— Берис!..
Голе его прозвучал так низко и напряженно, что я обернулась и посмотрела на него. Он оставил свое занятие: казалось, кроме слов Реллы, его ничто больше не интересовало.
Мне пришлось как следует сосредоточиться, прежде чем я что-то услышала. Голова моя вдруг опять наполнилась голосами, которые теперь были даже громче, чем прежде. Я отчаянно пыталась не замечать их. Что-то в словах Джеми всколыхнуло мне память — что-то такое, о чем он уже упоминал, но я не могла толком припомнить. А с этим шумом в ушах и вовсе было невозможно ни о чем думать.
— Я знаю его, — сказал он. — Ты тоже?
— Да, хотя уж лучше бы и не знать, — отозвалась она. — За ним следят уже много лет, и ни одна из новостей о нем не сулит ничего доброго.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики