ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вчера вечером гостья изволила отдыхать, утром тоже не явила свое прекрасное личико обитателям дома, только сейчас, ввечеру напомнила о себе. Но и я хорош: не помню, с кем живу под одной крышей.
– Как пожелаете, hevary.
В ответ она улыбнулась, по-прежнему вежливо, и все же, толика укоризны в изгибе четко очерченных губ чувствовалась.
Обычно к снисходительному высокомерию в свой адрес я отношусь равнодушно: замечать замечаю, но пропускаю мимо, потому что никоим образом не могу (и не рвусь, чего греха таить) менять положение вещей. Однако давно знакомая и привычная мина в исполнении иноплеменницы показалась удивительно оскорбительной и настоятельно требующей отпора. Хотя бы следующего:
– Прошу простить мою нерадивость: хозяин дома должен прежде всего заботиться о благе гостей, а потом уже о семейных нуждах.
Веера длинных ресниц опустились, потом снова приподнялись, а их обладательница заметила:
– Гости приходят и уходят, их можно пускать на порог или гнать прочь, но круг семьи драгоценнее всего на свете.
И как сие понимать? Как наставление или как тонкое признание отсутствия обиды? Попробую уточнить:
– Я должен был уделить вам время и внимание, hevary, а сам даже не узнал цель вашего визита… Прощу прощения.
– Вы можете исправить свою ошибку. К примеру, сейчас.
Ой, только мне и не хватало вести светские беседы, на ночь глядя! Особенно сегодня.
– Боюсь, мне придется снова просить вашего прощения, но… У меня есть неотложные дела вне мэнора.
Она понимающе кивнула, и в следующее же мгновение нанесла удар, не подлежащий отражению:
– Дела не могут ждать, но… Вы же не выйдете на мороз с мокрой головой?
Хороший намек. Мол, полчаса ты, парень, все равно просидишь дома, так почему бы не поболтать? Разумеется, эльфийке невдомек, что меньше всего мне сейчас нужно забивать мысли пустыми разговорами, и она старается извлечь свою выгоду. Ладно, пусть извлекает:
– Вы правы. Я слушаю вас, hevary. Со всем почтением и прилежанием.
Гостья мэнора снова улыбнулась. Занятно: нежно-розовые губы изогнуты луком с момента появления эльфийки в комнате, но можно с уверенностью сказать, когда женщина, в самом деле, улыбается, а когда совершенно бесстрастна и лишь следует правилам поведения в обществе… Чудеса, да и только!
Шелк цвета морской волны, уложенный сотнями затейливых складок на тонкой фигурке: если это платье, то где швы? А если единый кусок ткани, то как остается неизменным без видимых крючков, пуговиц, шнурков и прочих застежек? Гладкие черные пряди длинных волос свернуты кольцами и плотно прилегают к голове, будто посажены на клей. Ни одного украшения – ни цепочки, ни бусинки, но они и не нужны, потому что эльфийка сама по себе является драгоценностью. Дороже золота и алмазов. Говорят, на юге за женщину эльфийского рода отсыпают столько монет, что целый караван не способен первезти за год… Врут, конечно. Правда, в этой лжи есть немалая доля истины. Если бы я вознамерился предложить свою гостью в качестве товара, мог бы обеспечить безбедную старость не только себе и детям, а еще и своим правнукам…
– Пока что вы не слушаете, а смотрите. И так внимательно, словно составляете подробную опись моих достоинств и недостатков.
Прячу в кривой усмешке смущение мальчишки, застуканного за совершением проказы. Хорошо, что невозможно точно прочитать содержание чужих мыслей! Хотя, мое лицо, видимо, было достаточно красноречиво, если эльфийка сочувственно склонила голову набок:
– Ваше положение столь бедственно?
– В каком смысле?
– Вы словно собираетесь выставить меня на торги… Имеется покупатель?
Вместо ответа снова прячу голову под полотенцем.
Самое неприятное, в голосе гостьи не слышится ни нотки осуждения. Понимание, разочарование, быть может, но только не обвинение в злом умысле. Очень плохой знак: выходит, даже для стороннего и незаинтересованного наблюдателя я выгляжу человеком, попавшим в крайне затруднительное положение. Нет, в таком настроении мне нельзя приниматься за дело. Нужно срочно менять… точнее, меняться.
Пропускаю влажные пряди через пальцы. Сохнут, но медленно. Стало быть, разговора не избежать. И все же, сначала сделаю глубокий вдох, задержу воздух в груди, и скажу самому себе: все идет, как полагается, Тэйлен. Необходимые приготовления сделаны, неприемлемые исходы учтены, а со всем остальным ты справишься. Наверное. Может быть.
Кажется, на сердце полегчало.
– Простите, если оскорбил вас, hevary, и будьте снисходительны к простому деревенскому парню, который…
– Который хочет, чтобы его оставили в покое?
Раскусила. Полностью. Остается лишь признать поражение. Точнее, полный разгром превосходящими силами противника. Сдаюсь:
– Что привело вас в Кэллос-мэнор?
Эльфийка удовлетворенно провела изящной ладонью по краю стола.
– Любопытство.
– И только?
Темно-лиловые глаза заинтересованно сверкнули:
– Вы считаете указанную причину недостаточной?
– Проделать долгий путь только, чтобы посмотреть на незадачливого поэта? Глупо.
– Для вас – да. Для меня… Впрочем, у любой женщины есть право на милые глупости. Одну из них я уже совершила, приехав в Нэйвос, теперь очередь другой.
– Столь же странной?
Полукружья бровей приподнялись, становясь резче.
– Судите сами. Я хочу, чтобы вы… Переложили на свой язык одну песню.
– И только-то? Ради такой мелочи не стоило далеко ехать: надо было обратиться к Гебару и…
– Это еще не все. Я хочу видеть, как вы делаете перевод.
Может быть, она сумасшедшая? Если среди людей безумцы нередки, и в других стадах найдутся паршивые овцы.
– Простите, но… Ваше желание невозможно выполнить.
– Почему?
Она удивилась, но не отступилась, хотя я постарался вложить в голос всю возможную твердость.
– Потому что стихи рождаются внутри меня: вы попросту ничего не увидите.
Мягкое и непреклонное:
– Я все же хочу попробовать.
Устало соглашаюсь:
– Пробуйте. Но не сейчас, пожалуйста!
– Мне нужно всего несколько минут. Просто послушайте, а потом выскажите свои впечатления.
Эльфийка плавно и стремительно шагнула к шкафу и, не задумываясь, сняла с полки одного из пьюпов. Знала заранее? Если помогала Гебару, не могла не знать: каждый из «поющих мешочков» отличается от другого окраской, и при должной наблюдательности, а главное, желании, нетрудно запомнить, кого из них какой мелодии научили.
В сосуд упали несколько светлых катышков корма. Пьюп встрепенулся, проглотил корм и… Заиграла музыка. Но у меня не оказалось времени на привыкание к звукам невидимых струн, потому что сразу после второго из коротких аккордов вступила эльфийка.
Биение сердца. Шаги пульса по тропкам вен. Просто – шаги. Быстрые, торопливые. Спешащие добраться до цели, неведомой и слушателю, и певице. Вокал безыскусный, даже грубоватый: не придворная песня, ни в коем случае. Тревожная. Мелодия словно карабкается вверх, а потом, после недолгого отдыха падает вниз, отчаянным и полным решимости водопадом. Но никак не улавливается время… Речь идет о прошлом? Тогда не были бы слышны нотки сомнений и не чувствовалось промедление, так свойственное настоящему. А будущее? Есть ли оно? Что прячется за туманом предчувствий? Какие потери и обретения?..
Песня оборвалась так же внезапно, как и началась. Эльфийка сложила ладони на талии, напоминая прилежную ученицу, выполнившую урок и ожидающую вердикта наставника.
– Что скажете?
– Чем вы накормили пьюпа? Мне не удается столь малыми средствами заставить его петь.
Она лукаво прищурилась, но ответила:
– Сладкое сырое тесто: горсть муки, ложка меда, глоток воды и несколько капель анисового масла. Вам записать рецепт?
– Спасибо, я запомню.
Эльфийка выдержала вежливую паузу и спросила снова:
– О песне… Вы так и не сказали, что услышали в ней.
– Немногое.
– Его можно выразить словами?
Конечно, можно. Но меня никогда еще не заставляли так торопиться с описанием впечатлений.
– Дорога. Тропа. Путь.
Она немного подумала, и, соглашаясь, опустила мягко очерченный подбородок. Соглашаясь, но не до конца:
– Еще что-то?
– Вам мало услышанного?
– Любая песня рассказывает о пути. Из прошлого в будущее. Из начала в конец. Иногда водит по кругу… Вы правы, это песня странницы. Но откуда и куда она идет?
Понятно: пока не выложусь полностью, меня не отпустят… Вспоминаю колебания тембра голоса – от чуть хрипловатого и нарочито непритязательного до глубокого и насыщенного отчаянной мольбой. Словно певица доказывала исполнение своих обещаний и требовала ответить, почему другая сторона отступилась от клятвы. Странница, говорите?
– Она проделал долгий путь. Возможно, совершила много ошибок. Достигла заветной цели, но… Что-то изменилось. Что-то нарушилось, и странница снова оказалась в начале пути. Не зная, куда шагать дальше.
– Теперь я вижу, что не зря проделала свой путь.
Эльфийка выглядела довольной: даже матовое мерцание гладкой кожи, казалось, стало вдвое ярче.
– Можно идти от свершения к свершению, но каждое из них ослепительно сияет манящим рассветом лишь издали, а вблизи оборачивается усталым закатом. Можно встречать каждый день, как битву, но когда волны улягутся, на поверхности океана жизни не остается твоих следов. И наступает миг, когда все, чего ты желаешь – это вернуться. Вернуться туда, где тебя терзала боль, но именно благодаря ей ты чувствовал, что живешь… Тогда появляется зов , неслышимый обычному уху, но не умолкающий ни на вдох. Ты внемлешь ему и стремишься в обиталище своей мечты, разрушенное и оплаканной, надеясь найти в пепле пожарища хоть один уцелевший росток. Росток любви… И хотя обещание счастья вновь оборачивается ложью, вера в обретение смысла еще жива. Пока тень возлюбленного не растворилась в темноте вечной ночи…
Она говорила, не пела, но слова одно за другим сплетались в мелодию, внешне совсем непохожую на песню, о которой шла речь, а ритм, рождающийся внутри, глубоко в груди, ритм, подчиняющий себе биение пульса, был мне уже знаком.
– Очень красиво. У меня никогда так не получится.
– Я не сказала, что должно получиться так, – возразила эльфийка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики