ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я развел руки в стороны, показывая, что не прячу при себе оружие и прочие сюрпризы. Троица не стала утруждать себя подобными действиями, сразу приступив к делу, и первое слово взяла, как и в игровом доме, женщина. Миллин ад-до Эрейя, если мне не изменяет память.
– Мы ответили на твое дерзкое послание и пришли. Чего ты хочешь?
– Как и любое живое существо на свете… Жить.
– Невозможно. Приговор вынесен и одобрен всем Кругом.
Несмотря на попытку казаться уверенной, блондинка слегка запнулась, произнося слово «всем». Занятно… Какие-то неизвестные мне тонкости? Жаль, нет времени и возможности до них докапываться.
– Вы непреклонно в своем решении, hevary… и это делает вам честь. Но прежде, чем свершится предначертанное, позвольте задать вопрос.
Женщина вопросительно посмотрела на своих спутников. Чернявый скривился, рыжий равнодушно пожал плечами.
– Спрашивай.
– Почему вы хотите меня убить?
– Ничто не должно быть предопределено. Ничто не должно быть известно до своего свершения. Ничто не должно мешать… – заученно начала провозглашать Миллин, но я взял на себя смелость оборвать возвышенную речь:
– Простите, hevary, но это лишь ритуальная фраза из далекого прошлого. Она что-то значит для вас лично?
– Для меня?
– Ну да. Вы видели, как кости ложатся на сукно то одними боками вверх, то другими. Если я могу угадать, какая грань обращена к небесам, то где же тут предопределенность?
– Не старайся нас запутать! – Рявкнул Вехан.
– И в мыслях не было. Я всего лишь хочу указать вам на вашу ошибку.
– Ошибку?! Не тебе судить, что ложно и что истинно!
– Согласен, и все же… Дослушайте, прошу вас.
Чернявый ругнулся, но замолчал.
– До свершения ничего и не было известно: пока кости не упокоились на столе, предсказать результат не в силах даже боги. А я отнюдь не небожитель.
– Ты знал, – обвиняюще заключила блондинка.
– Я смотрел, слушал и размышлял, hevary, а сие не запрещено законами. Вы обвинили меня в том, чего я не совершал, и страстно желаете покарать за несуществующее преступление. Так кто из нас виновен на самом деле?
– Не прикидывайся беззащитной овечкой! – Снова взорвался Вехан. – Тебе непостижимым образом дважды удалось уцелеть!
– Непостижимым? О нет, наоборот, весьма бесхитростным. Просто оказалось, что у меня есть друзья.
– Которые устраивают засаду из опытных бойцов в лазарете и лишают разума и воли неизвестными и неразрушаемыми чарами?
Вот даже как… В народе говорят: у страха глаза велики. Значит ли это, что старшины Подворий боятся? Тогда у меня есть перед ними преимущество. Еще одно, помимо прочих, а этого уже более чем достаточно для победы.
– Хорошие друзья.
– Почему же ты не привел их с собой? – Язвительно спрашивает Миллин.
– Потому, что все должно быть решено между мной и вами, и не нужно впутывать кого-то еще. Согласны?
Слат хмыкнул:
– Так и знал, придется все делать самому, – мохнатое одеяло полетело на снег, открывая поджарую, затянутую в темный костюм фигуру. – Собирайся в дорогу, чужак. Обещаю, она будет недолгой.
Поднимаю взгляд в небо. Черная скатерть, с которой смахнули крошки звезд, чистая и гладкая. Ясно, но мороз вроде отпускает. Снимаю варежку с правой руки и ловлю ладонью отблески света, лунного и факельного. Рыжий неспешно направляется в мою сторону, вразвалочку хрустя мерзлым снегом и на ходу разминая пальцы, стянутые тугими перчатками.
– Готов?
Смотрю в лицо приближающемуся убийце, улыбаюсь и перевожу взгляд вниз, на волнистую белую равнину, под снежным покрывалом которой комки песка начинают меняться местами:
– Об этом нужно спрашивать не у меня.
Рыжий озадаченно вздрагивает, сбиваясь с шага, а в следующее мгновение блондинка вскрикивает, испуганно и надрывно:
– Сзади!
Он оборачивается молниеносно, со скоростью и изяществом, вызывающим зависть, но песчаная змея, выросшая из-под ног убийцы, поворачивается вместе с ним, успевая обвиться вокруг шеи и стянуться жесткой петлей, щетинящейся острыми стеклянистыми шипами.
Мы стоим в трех шагах друг от друга, и я ясно вижу изумление в глазах Слата. Изумление и нарастающий ужас. Убийца мог бы шевельнуться, но предпочитает даже дышать через раз, потому что не знает, с чем имеет дело. И остальные не догадываются: женщина начинает пятиться, но ее мягко толкает в спину еще одна лента, составленная из песчинок, и Миллин, глотая крик, тоже застывает на месте. Вехан, умудренный печальным опытом своих соратников, спрашивает, уже не пытаясь сдвинуться с места:
– Ты маг?
Тяну паузу, не в силах удержаться от толики злобного ликования.
– Нет.
– Тогда… что ЭТО такое?
– Звери Хаоса, полагаю, – раздается хрипловатый женский голос за моей спиной. – Вам, молодым, они в диковинку, а я еще помню рассказы своей бабки о времени, когда их можно было видеть так же часто, как Заклинателей.
Вьер подходит ко мне, поправляя складки платка, чтобы пух не лез в рот и не мешал разговаривать.
– Собираетесь обезглавить Подворья? Похвальное стремление, юноша. Помнится, в вашем возрасте и я мечтала о чем-то подобном… А теперь могу вдоволь насмотреться на исполнение грез. И даже не слишком поздно, не правда ли? Но знаете, юноша, тогда, много лет назад, все казалось простым и понятным, а теперь давняя мечта почему-то уже не кажется способной что-то изменить.
Мне о многом следовало бы расспросить тучную старую женщину, променявшую покой кресла у растопленного камина на прогулку по безлюдному кварталу. Наверное. Может быть. Но я задаю самый глупый из возможных вопросов:
– Кайрен проговорился?
– Почему проговорился? – Улыбается вьер. – Рассказал. Примчался и огорошил старуху… Почему вы сразу не признались во всем, юноша? Надеялись управиться сами?
– И сейчас надеюсь.
Женщина окинула взглядом площадь.
– Что ж, вам удалось взять их за горло. И одного мгновения хватит, чтобы свернуть разом три шеи. Но скажите, вам это нужно?
Я понимаю, о чем вы говорите, hevary. Очень хорошо понимаю. Но не знаю, как избежать неизбежного. Может быть, вы предложите выход? Подскажете?
И светлые мудрые глаза согласно моргают: подскажу, только имей смелость внять истине.
– Вот убьете вы этих бедолаг и оставите Подворья без хозяев. Спору нет, быстрехонько найдутся новые, но они, следуя обычаям, должны будут отомстить за гибель своих предшественников. Положим, и с ними вы справитесь. Но будут приходить все новые и новые убийцы… Хватит ли у вас сил на всех?
– Сил? Хватит.
– А души? Каждая смерть – тяжелый груз.
– Моя душа вынесет, сколько потребуется.
– Ой ли? Уже сейчас она стонет и жалуется.
Ехидно ухмыляюсь:
– Вам откуда знать? Неужели так громко стонет?
Вьер кивает:
– Еще как. Да и не нужно слышать, чтобы понять… Вы могли прикончить своих обидчиков еще в проулке или в тот миг, как они ступили на площадь, но не сделали этого. Вы попробовали решить дело миром.
Вздыхаю:
– Что мне совершенно не удалось.
– И не могло удаться.
– Вот как? Почему же?
– Потому что в переговорах всегда нужна третья сторона. Посредник, пекущийся о благе всех переговорщиков.
– Назначите себя на его роль?
Светлые глаза ласково щурятся:
– А и назначу! И как посредник, хочу обратиться к вам троим, голуби мои. Слушайте и решайте, только быстро: кости у меня уже не те, что в молодости, и на морозе быстро застывают… Чем вам не угодил этот юноша, мне не интересно. Зато я уверена: никаких законов он не нарушал, как бы вам ни хотелось думать обратное. А потому есть у меня предложение… Здесь, на этом месте вы отменяете вынесенный приговор и забываете о вражде. Вас, юноша, это тоже касается! Прощаемся и расходимся, куда кому заблагорассудится. Как вам такой исход?
Вехан катнул по скулам желваки:
– Если отказываемся, умираем, это вы хотите сказать?
Вьер разочарованно покачала головой:
– Такой умный с виду, а в голове пусто… Вы не умрете. Вас арестуют и препроводят в покойную управу. Конечно, очень долго вы там не пробудете, но позор не смоете до конца жизни. Вот теперь выбирайте! С чистой совестью.
Ай да бабуля! Нашла, чем надавить на «пастухов». В самом деле, Подворья не жалуют тех, кто попадается в руки властей хоть на несколько часов, и троица рискует самым дорогим, что есть у высокопоставленных персон – честью, утрата которой означает конец всего.
Чернявый угрюмо посмотрел на блондинку. Та куснула губу.
– Поторопитесь с решением! – напомнила вьер.
– Мы… согласны, – выдохнула Миллин.
– Тогда извольте все сделать, как должно.
– Разумеется. Только… пусть он отзовет своих зверей.
– Они не мои. Они живут своим умом и действуют по своей воле. Я могу лишь попросить.
– Так проси!
Блондинка старалась казаться смелой и гордой, но в каждой черточке круглого личика поселился страх. И сие постыдное для наделенного могуществом чувство долго еще будет оставаться гостем души каждого из троих, но кто в том виноват? Зерна Хаоса мы проращиваем сами. И только мы сами способны стереть их в муку.
– Пойдем домой?
Предлагаю шепотом, одними губами. Песчаные змеи вздрагивают, шелковистыми лентами стекают со своих жертв, сливаются в одну большую, взмывают в воздух надо мной и… Осыпаются, припорашивая снег. Превращаются в безвольные лужицы, оставляя на моей ладони горсточку песка, слипающуюся комком, когда я сжимаю пальцы. Ту же самую горсточку, что подарил мне Хис, но теперь часть крупинок стала темной. От крови расцарапанного горла, по которому выбиралась наружу.
Блондинка вздернула подбородок, то ли желая казаться гордой, то ли опасаясь смотреть под ноги, туда, где только что шелестели чешуйками гибкие тела песчаных змей.
– Я, избранная Первым голосом, объявляю волю Круга. Трижды карающая длань приступала к исполнению приговора и трижды терпела поражение там, где и единожды оступиться – бесчестие. Победа в одном поединке – случайность. Победа в двух поединках – мастерство. Победа в трех поединках – судьба. Против воли рока не смеют идти даже боги, а потому смертным остается лишь склониться перед свершившимся и неодолимым… Обязательства приняты, исполнены и похоронены в памяти.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики