науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Только осторожнее, раньше времени не нажми.
– Делов-то, – небрежно сказал крестьянин. – Я думал, что это хитрое, а нажать мы всегда сумеем.
Мы вышли в коридор, и направились к помещению, которое занимал предок.
Теперь прятаться не имело смысла, впрочем, в неосвещенных коридорах это было и не актуально. За дверью апартаментов Антона Ивановича слышались громкие голоса.
Снаружи вход никто не охранял, и потому можно было слушать, о чем говорят внутри, чтобы понять, что там происходит.
– Ваша подорожная грамота, милостивый государь, – бубнил монотонный, но властный голос, – имеет много ошибок, что дает мне основание предположить, что она фальшивая!
– Что вы такое говорите? – возмутился предок. – Вы не смеете такое говорить!
– Очень даже смею, как есть лицо доверенное и в соизволении своего долга! – прервал его тот же человек, вероятно, пристав. – Властью, данною мне начальством, я имею требовать от вас смириться и поступить согласно соизволению, до выяснения обстоятельств.
– Ты мне такого не указуй! – повысил голос поручик. – Закатаю пулю в лоб, а там будь что будет!
– Господин Крылов! – заговорил теперь уже барон. – Вы находитесь в гостях и прошу не оказывать сопротивление властям! Это ist nicht anstandig!
– Ты, барон, не учи меня, что есть прилично! – набросился на него предок. – Скажи лучше, куда моего родича дел! Я тебя за Алексея в капусту порублю!
– Господин поручик, я уже говорил вам, что не знаю, где ваш родственник! Мне самому крайне необходимо с ним встретиться. У меня есть сведенья, что он не частное лицо, а шпион.
«Почему бы и нет!» – подумал я и решился.
– Стой в дверях с пистолетом, – сказал я Петру и широко распахнул дверь. – Со мной встретиться не очень сложно, барон! У меня к вам тоже много вопросов!
– Вы! – воскликнул фон Герц, поворачивая в мою сторону бледное даже в теплом свечном освещении лицо.
Я мельком оценил диспозицию: у противоположной дверям стены, на диване сидел растрепанный, видимо со сна и под приличным градусом, Антон Иванович и целился в гостей из пистолета. На него, в свою очередь, навели ружья два солдата из тех, что приехали с приставом.
Сам пристав стоял посредине комнаты с нашими бумагами в руках. Барон расположился сбоку от полицейского и как обычно выглядел джентльменом.
После моего появления, все участники повернулись к дверям и таращились на нас с Петром во все глаза.
– Значит, лазутчики уже вам донесли, что я государственный чиновник, прибывший из Петербурга по именному повелению, проверять ваши злоупотребления? – строго спросил я фон Герца.
Тот так растерялся, что не нашелся, как ответить. Тогда я взялся за пристава.
– Прошу представиться, господин пристав, у меня и к вам имеются вопросы касательно вашего мздоимства и лихоимства!
Мой нахрап был практически беспроигрышный. Барон, призывая в помощь купленного представителя власти, не мог не назвать меня шпионом и соглядатаем, что как нельзя лучше ложилось на канву моего блефа. Напуганный проверкой чиновник вряд ли осмелится требовать документы у тайного царского ревизора.
– Ну-с, я жду? Или свое имя вы предпочтете назвать в Петербурге в тайной экспедиции? – добавил я остроты в драматический момент.
– Денис Александрович Па-па-хомин, – заикаясь, отрекомендовался он. – Отставной штабс-капитан, здешний пристав.
– Так это ты, взятки берешь, подлец?! – закричал я, выкатывая из орбит начальственные зенки.
– Никак нет-с, ваше превосходительство! – вытянулся по стойке смирно штабс-капитан. – Служу верой и правдой отечеству!
– Тогда как смеешь обижать гвардейского офицера?!
– По навету-с, ваше превосходительство! Виноват-с!
Умный немец, видя, как почва уходит из-под ног, попытался переломить ситуацию:
– Какие у вас, господин, не знаю как вас теперь называть, основания вторгаться в частную жизнь верноподданных Его Императорского величества! Здесь обитает почтенная дама, благородного происхождения, вы же…
Поддерживать разговор о «даме» мне явно не следовало, здесь у барона, скорее всего, всё было схвачено, включая письменные распоряжения и инструкции мужа, потому я сделал резкий выпад, которого он не только не ожидал, но и не мог предвидеть.
– Проверка, господин барон, проводится по жалобе российского дворянина, господина Перепечина, коему вы чинили неудобства и причиняли телесные повреждения, кои, как российский дворянин, а не иноземец без роду и племени, он получать был недостоин!
У фон Герца округлились глаза. «Неудобства» тщедушному сыну поэта он начал «чинить» только сегодня утром, а «комиссия» заявилась за несколько дней до того, так сказать, превентивно.
– Господин Перепечин изволит исправно служить и никаких оснований для жалоб на меня не имеет.
– Так прикажите его позвать, пусть он сам об этом скажет, – предложил я.
– Я не могу знать, где он сейчас находится, – явно растерявшись, что тут же было замечено присутствующими, сказал барон. – Я провел целый день с господином приставом Пахоминым, что, надеюсь, он может подтвердить.
Однако пристав, услышав, что его пытаются втянуть в свидетели, как и любой российский обыватель тут же отреагировал недоуменным взглядом и недоуменным пожатием плеч – мол, моя хата с краю, ничего не знаю.
Я не стал усложнять обстановку и терять нового сторонника, потому по-прежнему давил одного управляющего:
– Мне донесли взволнованные обыватели, что, по вашему приказу, господин Перепечин удерживается в незаконной тюрьме, коею, вопреки постановлению об установлении мест содержания под стражей, статья шестнадцать параграф два, вы посмели учредить.
Номер статьи и особенно параграфа, совсем добили пристава, который в уложении законов был, так же, как и его предшественники и последователи, не силен. Предпочитал вершить суд и расправу не по кодексам, а по понятиям.
– Нехорошо, Карл Францевич, так самовольничать, как можно государево уложение нарушать! – укоризненно сказал он барону, стоящему с выпученными глазами.
– Но, позвольте, с чего вы такое взяли! Какая тюрьма, какое уложение!
– Молчать! – вдруг вмешался в дискуссию Антон Иванович, начавший понемногу разбираться в обстановке. – Его превосходительство знает, что говорит!
– Господин пристав, властью, данною мне, повелеваю провести следственное дознание и предать нарушителей закона уголовному преследованию! – внес я еще малую лепту в тот вздор, который уже нагородил. – Я имею сведения, что на территории поместья, в помещении, где располагается кузница, господин фон Герц содержит собственную тюрьму!
– Это неправда! – закричал барон, – Господин пристав, не верьте его превосходительству!
По своей немецкой педантичности и любовью к титулам и званиям, барон совершил непростительную ошибку, назвав меня «превосходительством», и этим косвенно признал за мной генеральский чин.
Одураченный, испуганный пристав, уже не зная, что думать, стараясь спасти свою шкуру, готов был не только арестовать своего приятеля и спонсора, но и немедленно предать самому суровому наказанию.
– Извольте проследовать на кузницу и самолично провести дознания, – приказал я. – Господин лейб-гвардии поручик будет тому свидетелем.
– Я что, я могу! – согласился предок, наконец Убирая нацеленный в живот пристава пистолет и засовывая его за пояс. – Извольте, господа, я готов со всей радостью!
Пахомин кивнул своим урядникам, и те опустили ружья к ноге.
– Сопроводите господина фон Герца до места, указанного его превосходительством, – приказал он, и те встали за спиной несчастного барона.
Карл Францевич очень не хотел идти на розыски брянского дворянина, но напуганный полицейский ничего не хотел слушать и пригрозил применить силу. Тому пришлось повиноваться. Всей своей живописной группой мы пошли к выходу. В просторных сенях толклась «засада», урядники и местная стража. Наше появление произвело сенсацию. Думаю, что гвоздем программы был всё-таки я, появления которого ждали откуда угодно, но не из глубины дома.
Немецкие стражники, вооруженные русскими бердышами, дисциплинированно вытянулись, ожидая приказаний шефа, но барон прошел мимо них, не поднимая головы.
У подъезда стояли оба виденных мной около дворца экипажа. Один из урядников охранял верховых лошадей.
– Садитесь, барон, – пригласил я фон Герца в его собственное ландо.
Он скривился, но сел. Не знаю, о чем думал этот человек, возможно, молил Бога, чтобы палач Емеля не перестарался и столичный шпион не повесил на него убийство русского дворянина. Это был прямой путь в Сибирь на каторгу. Было заметно, что он уже смирился с поражением и лихорадочно ищет путь к спасению.
– Трогай, – велел пристав своему кучеру.
Его коляска поехала впереди, следом мы с бароном, и замыкал кортеж караул из верховых урядников. По прекрасной дороге до кузницы мы добрались в пять минут. Работа в ней уже окончилась, и темное кирпичное здание выглядело совсем мрачно. Пристав Пахомин с предком вышли из первой коляски, мы с молчавшим всю дорогу бароном – из ландо.
– Вот вам кузница, – сказал фон Герц, пытаясь увести нас в сторону мастерской.
– Пожалуйте, господа, сюда, – позвал я, направляясь в обход строения. Все пошли вслед за мной. – Тюрьма здесь, – указал я на мощную, из толстых дубовых плах, к тому же еще укрепленную коваными металлическими полосами дверь.
– Карл Францевич, извольте открыть, – попросил пристав нейтральным голосом.
Барон подошел и вяло подергал за ручку.
– Она заперта изнутри, – сказал он безжизненным голосом. – Открывайте сами, как знаете.
Фон Герц, видимо что-то решив для себя, отошел в сторону и встал, скрестив руки на груди. Урядники, которым пристав поручил надзор за управляющим, пошли за ним и встали за его спиной.
– Нужно как-то открыть, – растеряно обращаясь только ко мне, сказал полицейский. – Ну-ка, братец Тимофеев, постучи погромче! – приказал он одному из урядников.
Тот передал повод своей лошади товарищу и подошел к зданию и несколько раз гулко ударил в дверь прикладом.
– Не отвечают, ваше благородие! – сообщил он. – Позвольте через окно!
Когда я советовал узникам забаррикадироваться, совершенно упустил из вида окна.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики