ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ц Не прощайся со мной навсегда, Ц сказала я. Ц Прошу тебя.
Видимо, осознав, что как раз этого-то он для меня сделать не может, Харди пр
омолчал.
Я знала, что позже снова и снова буду вспоминать и проигрывать эту сцену, р
азмышляя, что бы я могла еще сказать и сделать.
Но тогда я просто повернулась и ушла, не оборачиваясь.
Мне часто потом в жизни приходилось сожалеть о брошенных сгоряча словах.

Но никогда я так не жалела о сказанном, как о том, что я тогда так и не высказ
ала.

Глава 10

Угрюмый и замкнутый подросток Ц явление распространенное. Желания под
ростков неистовы и чаще всего невыполнимы. А взрослые тем временем подли
вают масла в огонь, считая твои проблемы ерундой, и все потому, что ты подр
осток.
Время лечит сердечные раны, говорят они и почти всегда оказываются правы
. Но только не в моем случае с Харди. Долгие месяцы Ц все зимние каникулы и
после Ц я жила по инерции, ходила все время расстроенная и мрачная, так чт
о от меня не было толку ни окружающим, ни мне самой.
Другой причиной моей угрюмости стал мамин бурный роман с Луисом Сэдлеко
м. Их отношения вызывали у меня бесконечное недоумение и жуткое негодова
ние. Если между ними когда-нибудь устанавливался мир, то я этого не замеча
ла. Чаще всего они вели себя друг с другом как кошки в мешке.
Луис вытащил на свет все самое худшее, что было в маме. Она стала выпивать
вместе с ним, хотя никогда раньше и в рот не брала спиртного. Она стала агр
ессивной, чего раньше за ней не замечалось: она то и дело толкала, раздавал
а тычки и шлепки Ц и это мама, которая всегда так трепетно относилась к св
оему личному пространству. Сэдлек выискивал и культивировал в ней ее жив
отное начало, которого у матерей быть не должно. Я жалела, что она такая кр
асивая и блондинка, мне хотелось, чтобы она, как другие матери, ходила дома
в переднике и посещала церковь.
Что меня еще раздражало, так это смутное понимание того, что мамины с Сэдл
еком взаимные нападки, ругань, склоки и ревность являлись своего рода лю
бовной игрой. Слава Богу, Луис редко наведывался к нам в трейлер, но я, как и
все на ранчо Блубоннет, знала, что мама проводит ночи в его красном кирпич
ном доме. Иногда она возвращалась домой с синяками на руках, с помятым от н
едосыпания лицом, с расцарапанными до красноты его щетиной шеей и подбор
одком. Такое матерям тоже не к лицу.
Не знаю, радостью были для мамы отношения с Луисом Сэдлеком или наказани
ем. Наверное, Луис казался ей сильным мужчиной. Бог видит, она не первая об
манывалась, принимая жестокость за силу. Наверное, женщине, которой так д
олго, как маме, приходилось заботиться о себе самой, подчинение кому-то, д
аже если это нехороший человек, приносит облегчение. Я и сама не раз, уже и
знемогая под грузом ответственности, мечтала, чтобы хоть кто-нибудь раз
делил ее со мной.
Луис, надо признать, умел был обаятельным. Даже самый плохонький мужичон
ка в Техасе обладает тем заманчивым внешним лоском и вкрадчивой манерой
в обращении, а также талантом рассказчика, на которые так падки женщины. С
эдлек, казалось, искренне любил маленьких детей: они безоговорочно верил
и всему, что бы он там им ни наплел. У Каррингтон рядом с ним тоже рот всегда
был до ушей, что опровергало расхожее мнение о том, будто дети инстинктив
но знают, кому доверять.
Меня, правда, Луис не любил. В этом смысле я была в нашей семье исключением.
Я на дух не выносила все то, что так впечатляло в нем маму, Ц этакую демонс
трацию мужественности, бесконечные красивые жесты, имеющие целью показ
ать его безразличное отношение к вещам, к материальной стороне жизни: у н
его, мол, всего полно. Шкаф у Луиса прямо ломился от сшитой на заказ обуви. У
Луиса даже имелась пара сапог за восемьсот долларов из слоновьей кожи из
Зимбабве. И сапоги эти стали в Уэлкоме притчей во языцех.
Но однажды, когда Луис с мамой и еще двумя парами отправились на танцы в Хь
юстон, ему не разрешили пронести внутрь серебряную фляжку с выпивкой. То
гда он не долго думая отошел в сторонку, вытащил свой складной охотничий
нож «Дозье» и прорезал в сапоге длинную узкую полоску, чтобы уместить та
м фляжку. Позже мама, рассказав мне, как все было, назвала его поступок глу
пым жестом и нелепой расточительностью. Однако в последующие месяцы она
так часто вспоминала об этом, что я догадалась: на самом деле она восхищал
ась широтой и красотой этого жеста.
Таков был Луис Ц на все был готов, лишь бы пустить пыль в глаза, показать, ч
то у него денег куры не клюют, хотя в действительности был ничуть не богач
е всех остальных. Трепло он был хорошее, этот Луис. Откуда у него брались д
еньги на расходы, которые, бесспорно, превышали доход от парка жилых трей
леров, никто вроде бы не знал. Говорили, будто он подторговывал наркотика
ми. Поскольку жили мы у самой границы, для любого, кто желал рискнуть, дело
это было нехитрое. Не думаю, чтобы сам Луис курил или нюхал наркотики. Он п
редпочитал алкоголь. И вряд ли ему докучали угрызения совести из-за того,
что он впаривает эту отраву приезжавшим домой на каникулы учащимся колл
еджей или местным жителям, предпочитавшим бутылке «Джонни Уокер» более
действенное средство уйти от реальности.
Когда я не была поглощена мыслями о маме с Луисом, то полностью была занят
а Каррингтон, которая в то время делала свои первые неуверенные шаги. Ков
ыляя, как подвыпивший полузащитник из американской футбольной команды,
только маленький, она пыталась совать свои крошечные мокрые пальчики в р
озетки, точилки для карандашей и банки из-под кока-колы. Из травы, словно п
инцетом, она вытаскивала жуков и окурки, подбирала с ковра старые заскор
узлые кукурузные хлопья и все без разбора тянула в рот. Пытаясь самостоя
тельно есть ложкой с изогнутой ручкой, она разводила такой свинарник, чт
о мне иногда приходилось вытаскивать ее из-за стола и обливать из шланга.
За домом в патио я держала огромную пластмассовую лоханку для мытья посу
ды из «Уол-марта», в которой Каррингтон играла и плескалась под моим надз
ором.
Когда она начала говорить, то мое имя в лучшем случае у нее звучало как «Би
-Би», и всякий раз, требуя чего-то, она произносила его. Она любила маму и ря
дом с ней загоралась, как светлячок, но когда болела, капризничала или чег
о-то боялась, тянулась ко мне, а я к ней. Мы с мамой никогда это не обсуждали
и никогда над этим особо не задумывались, просто так было, и все. Каррингто
н была моим ребенком.
Мисс Марва просила нас навещать ее как можно чаще, аргументируя это тем, ч
то без нас у нее слишком тихо. Она так и не приняла назад Бобби Рэя. Теперь у
ж вряд ли у нее кто-нибудь появится, сказала она: все мужчины ее возраста т
акие, что без слез не взглянешь, либо уж совсем какие-то придурковатые, а и
ной раз и то, и другое вместе. Каждую среду во второй половине дня я возила
ее в «Агнец Божий»: она вызвалась там готовить, участвуя в благотворител
ьной программе «Еда на колесах», а в церкви имелась коммерческая кухня. С
Каррингтон на коленях я отмеряла ингредиенты, помешивала в мисках и каст
рюлях, а мисс Марва тем временем обучала меня азам техасской кулинарии.
Под ее руководством я лущила початки молочной сахарной кукурузы, обжари
вала зерна в свином жире, добавляла туда молоко со сливками и, не перестав
ая помешивать, доводила все это до готовности, когда от запаха начинали т
ечь слюнки. Я научилась готовить куриный стейк под белым соусом и бамию с
кукурузной мукой, обжаренную в раскаленном жире, варенную с костью от ок
орока фасоль и зелень репы под острым соусом, узнала даже секрет торта «К
расный бархат» в исполнении мисс Марвы, который она строго-настрого нак
азала готовить только тому мужчине, от которого я хочу получить предложе
ние.
Сложнее всего было научиться готовить курицу с клецками, как это делала
мисс Марва, потому что рецепта этого блюда у нее не имелось. Но оно было та
ким восхитительным, с таким богатым и насыщенным вкусом, что хоть плачь, т
ак и таяло во рту. Сначала она насыпала горку муки, добавляла к ней соль, яй
ца и сливочное масло и перемешивала все это руками. Затем раскатывала по
лучившееся тесто в пласт, нарезала его длинными полосками и бросала в ки
пящий куриный бульон. Едва ли найдется на свете болезнь, которую не могут
вылечить курица с клецками. Сразу после отъезда Харди Кейтса из Уэлкома
мисс Марва наварила их мне целую кастрюлю, и они на время даже облегчили м
ою сердечную боль.
Я помогала развозить контейнеры «Еды на колесах», а мисс Марва в это врем
я сидела с Каррингтон.
Ц Либерти, тебе что, не задали уроков? Ц спрашивала она меня, на что я неиз
менно отрицательно мотала головой. Я их теперь почти никогда не делала. Я
посещала абсолютный минимум уроков, чтобы только не прослыть конченой п
рогульщицей, и о своем будущем после окончания средней школы больше не з
адумывалась. Раз уж маме теперь плевать на мои перспективы и на мое образ
ование, решила я, то и мне тоже на это плевать.
Люк Бишоп какое-то время приглашал меня куда-нибудь, когда приезжал из Бе
йлора, но я постоянно отказывала, и его звонки постепенно прекратились. М
не казалось, будто после отъезда Харди внутри у меня что-то отключилось, и
я не знала, каким образом и когда оно снова включится. Я попробовала секс
без любви и любовь без секса Ц и не хотела ни того, ни другого. Мисс Марва п
осоветовала мне начать жить, ориентируясь только на свои маячки, но смыс
ла этого выражения я не понимала.
Исполнился почти год маминому роману с Луисом, когда она с ним порвала. Он
а очень спокойно переносила его буйные выходки, но даже ее терпению приш
ел конец. Это случилось в дешевом ночном клубе, куда они однажды поехали п
отанцевать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики