науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Братья растерянно держались за плечи друг друга и с невыразимым ужасом смотрели на странного волшебника. Они никак не могли понять, что за странное наказание придумал для них незнакомый маг. Неужели вызывает из тёмных глубин Подземья неведомых и страшных монстров?
– Идите своей дорогой. – Равнодушно приказал Торой, который и в мыслях не держал призывать себе на помощь мистических тварей. – И скажите, той, которая вас прислала, чтобы впредь отправляла по следу людей поумнее. Из числа тех, кто не перепутает ведьму с магом.
И снова неопределённое движение ладонью всколыхнуло застывшее пространство. Молодая колдунья из своего укрытия вновь почувствовала в воздухе нарастающее невиданное напряжение. Камни мостовой опять зашевелились, словно под ними пополз к поверхности огромный крот, а через секунду (хотя о каких секундах может идти речь тогда, когда время остановилось) прямо из земли последовал толчок неслыханной силы, который швырнул близнецов по разные стороны улицы. Время споткнулось и отчего-то, как показалось Люции, потекло слишком медленно.
Колдуны почувствовали, как уходит из-под ног земля и нечто неведомое разносит их друг от друга, разрывая, лишая привычной связи. Близнецам показалось, будто они летят сквозь густой кисель – медленно, словно кружась в подводном танце. А потом некромант со всего размаху приложился спиной и затылком о каменную стену небольшого домика и громко вскрикнул от боли. Чернокнижник налетел на толстый ствол каштана, но, в отличие от брата, не завопил, а только скрипнул зубами. И снова мгновения стали вязкими. Близнецы увидели, как из-под снега – аккурат, на том самом месте, где они только что стояли – в воздух взмыл фонтан гладких булыжников. Камни, все в комьях смёрзшейся земли, брызнули в разные стороны. Точнее, не брызнули, а словно воспарили – степенно поплыли в воздухе, кружась и переворачиваясь. Но уже через несколько мгновений время опять потекло так, как должно. И, лишь только это произошло, один из увесистых булыжников тяжко рухнул на ногу некроманту. Юноша непроизвольно охнул и смешно запрыгал в сугробе, путаясь в плаще. Другая каменюка, гораздо меньшая по размерам, угодила точнёхонько в плечо чернокнижнику, однако колдун и в этот раз сдержался и не издал ни звука, лишь лицо исказила гримаса боли.
Торой слишком пристально наблюдал за происходящим, из чего Люция сделала вывод, что камни отыскали свои цели не случайно, а строго по приказу разгневанного мага. Близнецы, наконец-то, кое-как начали приходить в себя. Оба недоумевали странному унизительному наказанию, которое уготовил им противник. Странно, но незнакомый волшебник не призвал с неба молнии, не принялся поражать своих неприятелей огненными шарами, не спеленал их незримыми нитями собственной Воли, не развеял в прах, не вырвал души из тела, обрекая на вечную муку. Нет. Он просто не посчитал нужным тратить на них всяческие магические ухищрения и обошёлся лишь очередной эффектной демонстрацией собственной Силы. Словно дал понять, на что он на самом деле способен и тем самым поставил точку в волшебном состязании, мол, вам со мной не тягаться, идите, пока отпускаю. Колдуны прекрасно понимали, что любой другой на месте неизвестного чародея попросту выпил бы всю Силу из обнаглевших юнцов и бросил их издыхать прямо здесь, в рассыпчатых сугробах, и уж тем более не стал бы швырять в противников камнями, да швырять об стены. Однако гадать о столь странном поведении незнакомого мага близнецам было недосуг.
Потихоньку колдуны смогли-таки подняться на ноги, не спуская опасливых взглядов со своего неприятеля. Торой равнодушно наблюдал за тем, как оба юноши отряхивались от снега и, бочком, бочком, прихрамывая и корчась от боли, обходили его. Наконец, некромант, который едва переставлял ноги в снежной, перемешанной с камнями и землёй каше, пристыжённо опустил голову и произнёс:
– Прости нас, маг. Мы были не правы.
Тот, к кому обращались, промолчал. Он и без того знал, что молодые колдуны были не правы.
– Спасибо, что оставил нам жизнь. – Едва слышно вторил брату чернокнижник, – Мы не забудем этого. Но по твоему следу пойдут другие, они будут сильнее. Ты не сможешь защищать свою колдунью слишком долго.
Волшебник равнодушно безмолвствовал и в этот раз. Ну, не препираться же с юнцами. Кроме того, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – загадочная ведьма не ограничится кхалаями, да чернокнижниками, стало быть, изобретёт что-нибудь ещё, какую-нибудь новую гадость.
Тем временем, оба близнеца отвесили магу почтительные поклоны (чернокнижник, чьё плечо невмоготу ломило после удара булыжника, даже постарался сдержать гримасу боли), круто развернулись и побрели обратно сквозь пелену неподвижно замерших снежинок. Ещё пару мгновений на улицах Мирара царила тишина, а потом время возобновило привычный бег – засвистел ветер, перегоняя ледяную позёмку, посыпался снег, закачались деревья.
Только теперь Торой, наконец, с трудом перевёл дух, понимая, что каким-то неведомым чудом вновь остался жив. Поправив на голове капюшон плаща, маг направился в противоположную сторону – к пепелищу, на котором пряталась ведьма. Некоторое время волшебник ещё чувствовал лёгкое покалывание во всём теле, однако оно за считанные секунды вновь переместилось к кончикам пальцев, а потом и вовсе исчезло, словно никогда и не возникало.
Чернокнижники-подранки уже пропали за углом. Маг знал – больше они не придут. Самонадеянные юнцы поняли, что зря ввязались в схватку. Поняли они и то, что Торой без труда мог бы убить их обоих, тем более после того, как забрал существенную часть их Силы. Мог, но почему-то не стал. А это уже вызывало настороженность и почтение. Обычно-то ведь маги не церемонились с колдунами. Тем более с сильными. А этот странный волшебник отчего-то отпустил своих преследователей, подарив на память лишь пару синяков, да временную немочь.
Между тем, сам Торой тоже терялся в догадках, но, разумеется, по другому поводу. Он не знал, что за странная Сила приходила к нему, помогая и спасая. Бросок мощи, которую устремил на него некромант, мог бы свалить с ног почти любого. Но он-то выстоял. Каким образом? И почему остановилось течение времени, когда низложенный чародей достиг пика не принадлежащей ему Мощи? Что происходило вокруг него?
Но вот, маг, безвозвратно погружённый в свои мысли, неожиданно оказался в чьих-то крепких объятиях – ведьма вцепилась в волшебника, словно в родного, и повисла у него на шее. Лицо её, мокрое от снега, было перемазано сажей и жирной копотью, зелёно-голубые глаза сияли то ли от радости, то ли от восхищения:
– Ты их прогнал! Ты их прогнал!
И девушка снова стиснула мага в объятиях. Он, скорее непроизвольно, нежели осознанно приобнял её за бесформенную талию и согласился, с некоторым удивлением в голосе, словно и сам не верил случившемуся:
– Прогнал…
Молодая колдунья подняла на него чумазое, всё в разводах сажи лицо и счастливо улыбнулась. Торой аккуратно вытер ей щёки, но вместо того, чтобы сделать мордашку чище, только ещё сильнее размазал копоть по коже. Усмехнулся, глядя на странное нечто, лишь отдалённо напоминающее девушку – в бесформенном плаще, огромной юбке, с грязным, угольно-чёрным лицом и сияющими глазами. Люция была похожа, скорее, на огородное пугало нежели на зловредную ведьму. Волшебник еле сдержал смешок. Вместо этого он подвёл окончательную черту в торжестве своей спутницы:
– Идти надо. Где Илан?
Ведьма поняла, что Торою уже более чем достаточно её восторгов и, путаясь в юбке, исчезла на пепелище, а через пару секунд вышла оттуда, неся в охапке спящего паренька и свой узелок. Маг принял ребёнка и, как ни в чём не бывало, зашагал в пургу. Вот только колдунья не знала одного – чародей чувствовал себя так, как будто только что оббежал по кругу весь Мирар.
Люция поспешила следом. Она всё-таки заметила, что маг как-то разом посерел лицом и осунулся. Видимо противостояние стоило ему немалых сил… Впрочем, это не удивило колдунью. «С другой стороны, – продолжала недоумевать девушка, – он же забрал могущество своих противников. Отчего в таком случае еле-еле идёт?» Но ведьма не осмелилась спросить об этом вслух и с молчаливой покорностью брела следом за волшебником, с трудом вытягивая из вязких сугробов совершенно окоченевшие ноги.
Путники прошли ещё пару кварталов. Торой чувствовал себя разбитым и неимоверно уставшим – голова кружилась, ноги подгибались. Это не просто злило мага. Это приводило его в неописуемую ярость. В конце концов, все последние дни он только и делал, что валился с ног от усталости – сначала Гриб Люции, потом колдовской сон, теперь вот ещё схватка с колдунами. За всю свою жизнь волшебнику не приходилось столь часто и долго бывать ослабшим. Непокорность собственного тела будила в низложенном чародее настоящее бешенство. Рассудок его был ясен, мысли не путались, но руки, ноги и глаза упрямо отказывались служить.
* * *
Ветер тонко и жалобно выл. Вдоль по улице сквозь предрассветный полумрак стремительно неслись клочья позёмки. Когда снежному вихрю наскучивало гнать их вперёд, колючие крупинки с шелестом осыпались на лиловые сугробы. Однако покой они обретали ненадолго. Очень скоро очередной порыв вновь подхватывал их и со свистом мчал дальше, швыряя о стены домов, бросая в заметённые стволы деревьев, покрытые инеем фонарные столбы и уличные скамьи. Где-то впереди жалобно скрипел на промёрзших петлях ставень.
Торой едва плёлся сквозь пургу. Он увязал в снегу, с трудом вытягивал ноги из зыбучих ловушек сугробов, оскальзывался, и даже не мог отвести душу, крепко выругавшись – язык онемел и присох к нёбу… Тщетные попытки хоть чего-нибудь пробормотать закончились для мага тем, что он наглотался колючих снежинок, но так и не смог прохрипеть ни звука. Однако вынужденное молчание помогало беречь дыхание, и Торой, в конце концов, смирился с временной немотой. А очень скоро он и вовсе забыл сокрушаться об утрате речи – изнеможение, сковавшее тело, всё равно не позволяло произнести ни звука.
Сначала волшебник не понимал, что с ним происходит, почему всё тело покрылось липким потом, а спящий на руках Илан весом стал соперничать с каменной глыбой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики